Читаем Самооборона полностью

— Но тот, кто страдает от сильной головной боли, вполне может заподозрить у себя рак мозга, — радостно подхватила аналогию Миранда. — Особенно если у него будут основания считать, что происходящее с ним не случайно.

— Мне придется весьма основательно вложиться в это дело, — продолжал я, не разделяя ее восторга. — Причем, скорее всего, экономически это будет совершенно не оправданно.

— Тем лучше — у них не останется сомнений, что не обычные деловые пертурбации, а целенаправленный удар могущественного врага.

— Ты что, не понимаешь? Речь о том, что я безвозвратно потеряю очень немаленькие деньги.

— Лучше деньги, чем жизнь, — пожала плечами Миранда.

— Не уверен, что это единственный способ.

— Сам подумай — если мы как следует их напугаем, обсуждать ситуацию соберется, скорее всего, вся верхушка. Мы уже знаем, что они предпочитают обсуждать важные вопросы лично. Тут-то ее и накрыть одним ударом! А если разгром руководства совпадет еще и с экономическими проблемами — Альянзе крышка. Бандиты второго-третьего звена, доселе выступавшие на подтанцовках у больших боссов, попросту перегрызутся между собой. Тем более что каждый будет подозревать других в организации заговора с целью захвата лидерства.

— Звучит красиво. Вопрос, что получится на практике.

— Пока не попробуем, не узнаем, — беспечно ответила Миранда. — Решайся, партнер.

— Рано или поздно они соберутся вместе и без моей помощи.

— Неизвестно, сколько этого ждать. Те визиты во Фриско, которые мы отследили, никогда не собирали всех вместе, не забывай. Тут нужен крупный повод. Думаю, последний такой был два года назад, и как раз не без твоей помощи… А за тобой, меж тем, охотятся. Да, на первый взгляд отыскать тебя под личиной Корнфилда или Кэрригана проблематично. Но вспомни — ты точно так же не верил, что они найдут тебя в качестве Мейера, а они справились.

— Или им кто-то помог, — ответил я, глядя в упор на Миранду.

— Что ты имеешь в виду? — встопорщилась она. Но от меня не укрылось, как дрогнул ее взгляд, когда прозвучало мое обвинение. От возмущения? Возможно. Хотя больше это походило на инстинктивное желание отвести глаза, подавленное волевым усилием, запоздавшим на ничтожную долю секунды.

— Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду. При всех твоих достоинствах, у тебя нет ничего, что я не мог бы купить за деньги. А у меня есть то, что тебе иным способом не достать — те самые деньги. Так кто из нас был заинтересован втянуть в это дело другого?

— Мартин, — она, казалось, с трудом подбирала слова, — я понимаю твою логику, но ты очень, очень ошибаешься. Я не сдавала тебя Альянзе. Клянусь всем, чем хочешь. Я бы не смогла, даже если б хотела — я ведь не знала, где ты. Но я, конечно, не хотела, я бы никогда не стала подвергать тебя такой опасности…

— Откуда вдруг такая щепетильность к незнакомцу? Тем более подставившему, пусть и невольно, твоего брата.

— Ну… ты ведь единственная ниточка, связывающая меня с Джоном. Если бы ты погиб…

— Альянзе я тоже был нужен живым, так что это не аргумент.

— Если бы они тебя схватили, это было бы все равно, что ты умер. Да так бы оно вскоре и случилось.

— Однако ты считаешь, что они схватили Джона, но он до сих пор жив.

— Но Джон не брал этих денег. Если уж на то пошло, мне было бы проще предложить Альянзе обмен — я сдаю им тебя, а они отпускают Джона.

— Кстати, хороший вопрос, почему ты этого не сделала.

— Потому что это было бы подлое убийство!

— Как трогательно. Не заметил, чтобы смерть Дельгадо повергла тебя в большое горе. Ах, ну да, ты не знала, что так будет. Но и ты потом готова была использовать «твайс спайс», уже зная, чем это грозит! Что, молчишь? А может быть, никакого Джона и вовсе нет, а?

— Мартин… — ее плечи поникли. — Да, я понимаю, любой мой довод можно вывернуть наизнанку, объявить хитростью… но, пожалуйста, попробуй просто поверить мне. Иногда нужно просто верить, ведь правда? — ее синие глаза широко распахнулись, прямо-таки с мольбой глядя в мои. Среднестатистический мужчина, вероятно, дорого дал бы, чтобы красивая женщина так на него смотрела.

Но только не я.

— Только не говори, что влюбилась в меня с первого взгляда, — поморщился я.

Ее губы дрогнули. Затем она вновь придала лицу деловое выражение.

— Ладно, думай, что хочешь. Что я борюсь с мафией развлечения ради, что мне делать больше нечего, кроме как рисковать жизнью… Но у нас общие интересы. Иначе я уже сказала, что было бы с тобой.

— Это угроза? Если я не буду следовать твоему плану, ты заложишь меня Альянзе?

— Господи, ну почему мужики такие параноики!

— За всех не поручусь, а я — всего лишь логичен.

— Тебя никто не держит и не принуждает. Если не веришь мне, можешь уйти прямо сейчас. И бегать потом по всему миру, шарахаясь от каждой тени. Один раз я спасла твою задницу, но я не могу делать это против твоей воли.

Я молчал и думал, глядя на нее. Что здесь игра, а что правда? Действительно ли ей нужны от меня только деньги? А если это не так, то не гораздо ли это хуже?