Читаем Самооборона полностью

— Напишем им, что вакансии уже заняты? — предложил я.

— Посмотрим. Может, еще примем их завтра вечером. А с утра нанесем визит в штаб-квартиру Фонда. Думаю, уже пора.

И вот в десять утра следующего дня мы без всяких предварительных уведомлений нагрянули в Фонд (я, естественно, вновь был в обличии Корнфилда, и мы оба нанесли тонкий слой грима на пальцы, чтобы не оставлять отпечатков). Председателя правления мы на месте не застали, пришлось довольствоваться видеосвязью с ним. Теодор Винфред Ланчестер, явно разбуженный нашим вызовом (непричесанная копна седых волос неопрятно топорщилась), мало походил на всесильного мафиозного заправилу. Мы, разумеется, тщательно изучили все, что смогли о нем найти. Шестидесятичетырехлетний профессор-гуманитарий, автор работ по истории американской литературы. Единственные проблемы с законом имел в студенческой юности — пара задержаний за участие в акциях антиглобалистов. Впоследствии от политики отошел. Серьезным бизнесом никогда не занимался. Помимо Фонда «Планета без наркотиков», числился членом еще полудюжины гуманитарных и благотворительных организаций у нас и за границей. Вердикт Миранды был однозначен — подставное лицо для представительских функций. Я тогда осторожно заметил, что очевидность бывает обманчива, но теперь вынужден был с ней согласиться: Ланчестер даже и название «Старгайд Энтертэйнмент» вспомнил не сразу, а когда, наконец, понял, кто мы такие и чего хотим, поспешно заявил, что со всеми такими вопросами надо обращаться к финансовому директору Фонда, мистеру Игнасио Хернандесу.

— Нам нет нужды беспокоить мистера Хернандеса, — холодно улыбнулась Миранда. — Просто распорядитесь, чтобы нам дали доступ ко всем соответствующим документам. Вы имеете право отдать такое распоряжение напрямую.

— Ну… да, — пробормотал Ланчестер, явно теряясь от ее напора, — но, право же, лучше вам… я не занимаюсь такими вопросами, и…

— Зато мы ими занимаемся, — улыбка Миранды стала еще шире и еще холодней. — Мы деловые люди, и нам дорого наше время. Пожалуйста, сэр — от вас требуется только отдать распоряжение своим подчиненным. Согласно параграфу семь третьего раздела Устава Фонда, а также Закону об общественных организациях Штата Флорида от двадцать седьмого…

— Ну хорошо, хорошо… я сейчас позвоню… эээ…

— Мисс Лусии Бальдо, — Миранда, похоже, уже разбиралась в сотрудниках аппарата Фонда лучше, чем его председатель.

— Да, да…

Через несколько минут к нам спустилась та самая Бальдо — плотная невысокая дамочка со складками вечного недовольства над не лишенной растительности верхней губой — и, еще раз удостоверившись в непреклонности наших намерений приступить к проверке прямо сейчас, а также в подлинности документов, подтверждающих наши права, повела нас в бухгалтерский отдел. Нам пришлось подняться с ней на лифте на три этажа (всегда удивлялся этой манере офисных работников ждать лифта там, где проще было бы дойти пешком), проследовать по дважды свернувшему под прямым углом коридору — и, наконец, пройдя через дверь с кодовым замком, мы оказались в выделенном нам кабинете. Еще пару десятилетий назад стол в таком кабинете, а то и приставленные с боков стулья, были бы завалены папками с бумагами. Сейчас, разумеется, на столе лежал лишь комп с деблокированным доступом в определенные разделы внутренней сети и набор контрольных кристаллов памяти одноразовой прошивки.

Мы работали в полном молчании, понимая, что в кабинете почти наверняка имеются подслушивающие устройства. Первое, что я сделал — это заклеил непрозрачной липучкой глазок видеокамеры компа; впрочем, скрытая камера в этом помещении тоже была не исключена, возможно, и не одна. Однако жестами мы обменивались — впрочем, скупыми и едва ли особо информативными для посторонних, хотя друг друга мы отлично понимали. Пока я разбирался в финансовых хитросплетениях, Миранда для начала осторожно попробовала получить доступ к закрытым разделам сети при помощи хакерского софта в своих сережках — но, увы, не преуспела. Без дела она, однако, не осталась. Добравшись до зарплатных ведомостей, я сбросил ей для анализа списки штатных сотрудников Фонда; впрочем, выплаты внештатникам обещали еще более интересное чтение.

Идиллическую картину совместной работы нарушила внезапно распахнувшаяся дверь и появившийся на пороге жгучий брюнет, компенсировавший недостаточный для истинного мачо рост воинственно встопорщенными усами.

— Кто вы такие? — спросил он, даже не пытаясь казаться вежливым. По-английски он говорил без всякого акцента.

— Во-первых, добрый день, — как ни в чем не бывало, откликнулась Миранда. — Мистер Хернандес, если я не ошибаюсь? Во-вторых, полагаю, вы уже получили ответ на ваш вопрос от ваших подчиненных.

— Мне сообщили, что вы — новые владельцы «Старгайд». Но я хорошо знаю, что Донахью никому не собирался продавать свою компанию.