Читаем Самое необходимое полностью

Его мысли перескочили на тощего заместителя шерифа Риджвика. А может быть, это он? Вообще-то он не производит впечатления ушлого парня, но... внешность — штука обманчивая. Пэнгборн сказал, что Риджвик присобачил квиток к «кадиллаку» по его приказу, но это еще не значит, что так оно и было на самом деле. А в мужском сортире, когда Риджвик обозвал его Занудой, в глазенках его светился какой-то подлый намек, словно он что-то знает. Работал ли уже здесь Риджвик, когда стали приходить первые письма из налогового бюро? Китон был уверен, что да. Сегодня он просмотрит личное дело этого парня, чтобы знать наверняка.

А как насчет самого Пэнгборна? Он-mo ушлый — дальше некуда; он точно ненавидит Дэнфорта Китона (как и Они Все, верно? разве Все Они не ненавидят его?), и Пэнгборн прекрасно знает многих людей из Августы. Черт, да ведь он чуть ли не каждый Божий день болтает с ними по телефону! Телефонные счета приходят колоссальные — даже за служебную линию.

А может, они оба? И Пэнгборн, и Риджвик? Может, они заодно?

— Одинокий рейнджере со своим верным другом-индейцем Тон-то, — глухо произнес Китон и мрачно улыбнулся. — Если это ты, Пэнгборн, ты об этом пожалеешь. А если вы заодно, то вы оба пожалеете. — Руки его медленно сжались в кулаки. — Я не буду терпеть это вечно, уж будьте покойны.

Его аккуратно подстриженные ногти впились в ладони. Он даже не заметил, как на них выступила кровь. Может, это Риджвик, может — Пэнгборн, может — Мелисса Клаттербак, эта фригидная сука, городской казначей, а может быть, Билл Фуллертон. Второй выборный (он точно знал, что Фуллертон хочет занять его место и не успокоится, пока не добьется своего)...

А может быть, они все.

Все вместе.

Китон шумно выдохнул воздух, так что на небьющемся оконном стекле его кабинета появилось затуманенное пятнышко. Весь вопрос заключался в том, что ему теперь со всем этим делать? Что ему делать в эти дни — от сегодняшнего до 17-го числа?

Ответ был прост: он не знал.

2

Вся жизнь молодого Дэнфорта Китона была окрашена в простые цвета — черный и белый, и его это вполне устраивало. Когда ему исполнилось четырнадцать, он ходил в школу Касл-Рока и подрабатывал в семейном автобизнесе — мыл помещение автосалона и надраивал выставочные модели. «Шевроле-Китон» была одной из самых старых ветвей «шевроле» в Новой Англии и главным фундаментом финансовой структуры их клана. Структура была и в самом деле основательная, по крайней мере до недавнего времени.

Все четыре года школы для всех без исключения он оставался Занудой. Он поступил на коммерческие курсы, заработал твердый Б-уровень, без малейшего напряжения прошел студенческий отбор и отправился в Бостон, в Бизнес-трейнор-колледж. В колледже он уверенно вышел на А-уровень и закончил учебное заведение на три семестра раньше срока... Вернувшись в Рок, он ясно дал всем понять, что дням Зануды пришел конец.

Жизнь текла прекрасно, пока они со Стивом Фрейзером не съездили как-то проветриться в Люистон девять или десять лет тому назад. Тогда-то и начались его беды; тогда-то всю его аккуратную черно-белую жизнь стала заливать расползающаяся серая тень.

Он в жизни до этого не играл на бегах — ни будучи Занудой в школе Касл-Рока, ни будучи Дэном в колледже, ни будучи мистером Китоном в «Шевроле-Китон» и в Совете выборных. Насколько Китону было известно, никто в его семье никогда не играл в азартные игры; он не мог припомнить среди семейных развлечений даже таких невинных, как «скат» по маленькой или «переверни-монетку». На такие вещи никогда не было никаких табу, никаких «не сметь» — просто никто этого не делал. Китон в жизни не заключал никаких пари до той первой поездки со Стивом Фрейзером на скачки в Люистон. Больше он нигде не играл, да в этом и не было нужды. Тех бед, которые наделали люистонские скачки, Дэнфорду Китону хватало вполне.

Тогда он занимал должность третьего выборного. Стив Фрейзер, теперь уже пять лет как лежащий в сырой земле, был главным выборным Касл-Рока. Китон и Фрейзер поехали «в город проветриться» (так всегда назывались наезды в Люистон) вместе с Батчем Ниди, касл-рокским инспектором окружных социальных служб, и Гарри Самьюэлсом, который всю свою жизнь был выборным и скорее всего выборным и должен был помереть. Поводом для поездки послужила расширенная конференция окружных чиновников, а темой — новые законы налогообложения и сборов... И конечно же, именно налоговые сборы и послужили причиной всех его бед. Не будь их, Китона скорее принудили бы собственноручно выкопать себе могилу киркой и лопатой, чем залезать в городскую казну, а с их помощью он получил возможность пользоваться финансовым черпаком.