Читаем Самое необходимое полностью

— Я? Вряд ли, — сказал он с видом человека, неожиданно вернувшегося к прозе жизни. — В Касл-Роке я не знаю никого. — Он бросил на нее лукавый взгляд. — Есть ли шансы, что ее могут уволить?

— Никаких, — рассмеявшись, ответила Полли.

— Я хотел спросить вас про агентов по продаже недвижимости, — сказал он. — Кто из здешних, по-вашему, самый надежный в округе?

— О, все они воры, но Марк Хоупуэлл, пожалуй, не хуже других.

Он подавился от смеха и прижал ладонь ко рту, чтобы не разлетелись крошки. Потом раскашлялся, и если бы у нее не болели так руки, она шлепнула бы его чисто по-товарищески пару раз по спине. Первое знакомство или не первое, а он действительно нравился ей.

— Простите, — выдавил он, все еще покашливая. — Так они и впрямь все воры, да?

— О, несомненно.

Будь она женщиной несколько иного сорта — не столь упорно державшей при себе факты из своего прошлого, — Полли начала бы задавать Лиланду Гонту наводящие вопросы. Почему он приехал в Касл-Рок? Где жил до этого? Долго ли он здесь пробудет? Есть ли у него семья? Но она была не из таких, а потому с удовольствием отвечала на его вопросы... — разумеется, до тех пор, пока эти вопросы не становились слишком личными. Он хотел разузнать побольше о городе: оживленное ли движение на Мейн-стрит зимой, есть ли поблизости местечко, где можно купить симпатичную маленькую электрическую плиту, какие цены страховок — и сотни других подробностей. Он вытащил из кармана своего голубого клубного пиджака узкий черный блокнот в кожаном переплете и скрупулезно' стал записывать каждое произносимое ею имя.

Она взглянула на свою тарелку и обнаружила, что доела всю порцию. Руки у нее все еще болели, но уже меньше, чем когда она только пришла сюда. Она вспомнила, что с утра почти решила не ходить, такая была боль. Теперь, как бы там ни было, она не жалела, что пришла.

— Мне пора, — сказала она, поглядев на часы, — а то Розали решит, что я умерла.

Они встали. Гонт аккуратно поставил тарелки одну на другую, сверху положил вилки и накрыл пирог крышкой.

— Ничего, если я верну коробку, как только прикончу пирог? — спросил он.

— Конечно.

— Тогда вы, вероятно, получите ее сегодня к полудню, — нарочито угрюмо заметил он.

— Вовсе не обязательно, — сказала она, двинувшись в сопровождении Гонта к двери. — Мне было очень приятно с вами познакомиться.

— Спасибо, что пришли, — кивнул он. На секунду Полли показалось, что он собирается взять ее за локоть, и при мысли о его прикосновении ей стало не по себе — глупо, конечно, — но он этого не сделал. — Вы превратили день страха и тревог в истинное удовольствие.

— Все у вас будет отлично. — Полли открыла дверь, но на пороге задержалась. Она не задала ему ни единого вопроса о нем самом, но одна вещь вызывала у нее любопытство — слишком большое, чтобы уйти, не спросив. — У вас столько интересных вещей...

— Благодарю.

—...но ни на одной нет цены. Почему?

Он улыбнулся.

— Видите ли, Полли, это одна из моих маленьких причуд. Я всегда считал, что стоящая купля-продажа в том и состоит, чтобы немножко поторговаться. Наверно, в моей последней из всех прошлых жизней я был купцом с Ближнего Востока. Может быть, из Ирака, хотя в эти дни мне, наверно, не следовало бы так говорить.

— Стало быть, вы назначите столько, сколько выдержит спрос? — чуть дразня, спросила она.

— Можно сказать и так, — с серьезностью согласился он, и вновь она изумилась глубине его карих глаз... их странной, притягательной красоте. — Но я бы назвал это определением стоимости в зависимости от потребности купить.

— Понимаю.

— В самом деле?

— Ну... думаю, что понимаю. Это объясняет название вашего магазина.

— Возможно, — с улыбкой кивнул он. — Полагаю, в определенном смысле это так.

— Что ж, я желаю вам удачного дня, мистер Гонт...

— Лиланд. Или просто Ли.

— Хорошо, Лиланд. И не стоит беспокоиться насчет покупателей. Думаю, к пятнице вам уже придется нанимать охрану, чтобы выдворять их после закрытия.

— Правда? Это было бы замечательно.

— До свидания.

— Чао.

Он постоял секунду на пороге, глядя, как Полли Чалмерз идет вниз по улице, разглаживая перчатки на своих руках — таких некрасивых и так поразительно не соответствующих всему остальному в ней, аккуратному и красивому, чтобы не сказать просто восхитительному. Улыбка Гонта стала шире. Когда губы его раздвинулись, обнажив неровные зубы, она стала неприятно-хищной.

— Ты подойдешь, — мягко произнес он, и звук его голоса прокатился по всему пустому магазину. — Отлично подойдешь.

5

Предсказание Полли сбылось. До закрытия в этот день почти все женщины Касл-Рока — во всяком случае, те, на которых стоило обращать внимание, — и некоторые мужчины успели заглянуть в «Самое необходимое» для беглого осмотра. Почти каждый из них не преминул уверить Гонта, что в его распоряжении всего минутка, поскольку он торопится куда-то еще.