Читаем Самая яркая звезда севера полностью

Она так и не поняла до сих пор, как именно нужно читать карту. Но, прозанимавшись пять лет с преподавателем и научившись бегло читать по-итальянски, девушка поняла, куда смотреть — на звезды! Именно в звездах, считал Галилей, была скрыта Карта, Что Мужу Не Прочесть. Встречались в книге и ссылки на могущественное древнее сокровище — Трезубец Посейдона. Карина полагала, что именно им и должен быть изображенный на картинке и похожий на копье предмет на дне океана. Теперь она уже не сомневалась, зачем отец оставил ей книгу: научиться читать карту и, следуя ей, отыскать Трезубец Посейдона. Вопрос заключался в том, как найти скрытую среди звезд карту? Одной особенно холодной ночью Карина сидела у окна, уютно укрывшись шалью, с дневником на коленях. Огонь в камине давно погас, но растопить его заново она не могла, не рискуя привлечь нежелательное внимание. Оставаясь в темноте, девушка читала книгу при свете луны и время от времени поглядывала на небо.

Внезапно из зала донесся шум.

Карина замерла и затаила дыхание.

Шум быстро стих. Пробежав на цыпочках к дверному проему, она осторожно выглянула.

Пройдя через зал, седоволосая женщина поднималась по лестнице, которая вела на второй этаж, к покоям леди Девоншир. Держа в руке подсвечник с зажженными свечами, она молча миновала еще один пролет и повернула на следующий, к третьему этажу. Колышущееся мерцание постепенно растаяло, и все снова погрузилось в темноту.

Никогда раньше Карина не видела эту женщину на территории поместья.

И это значило только одно.

— Леди Девоншир, — прошептала она.

Теперь ей оставалось лишь вернуться незаметно в свою комнату, лечь в постель, уснуть и позабыть обо всем увиденном. Так будет безопаснее.

Карина улыбнулась.

Действительно, вариант был один.

Девушка на цыпочках пробежала к лестнице и последовала за женщиной с подсвечником.

JL Х^арина шла за леди Девоншир по лестнице. Один пролет, потом другой. Они поднимались все выше и выше, туда, где Карина никогда прежде не бывала. Мягкий свет канделябра, который твердо держала в руке хозяйка поместья, скользил по темной стене.

Девушка едва дышала. Что она делает? Зачем? Ответов на эти вопросы у нее не было. Но над Гановер-Холлом висел покров тайны, а тайна зажгла огонек любопытства в ее душе. Она чувствовала, что должна пойти за женщиной и разгадать загадку.

Они поднялись на самый верх. Держась на безопасном расстоянии, Карина отмечала дверные проемы и стенные выступы, где можно было бы спрятаться, если бы леди Девоншир обернулась. Но хозяйка поместья была, казалось, полностью поглощена своими мыслями. Она даже не смотрела ни влево, ни вправо — только строго вперед.

Леди Девоншир свернула за угол. Карина подождала секунду-другую, а когда выглянула, нахмурилась. Перед ней лежал длинный-пред-линный коридор с высокими окнами и без дверей. Спрятаться здесь было совершенно негде.

Карина перевела дух. И ступила за угол.

Мягкое нежно-голубое мерцание полной луны, просачиваясь через высокие стеклянные панели, разливалось по противоположной стене. Взгляд зацепился за что-то. Карина присмотрелась и ахнула.

В углублении стены стоял человек!

Она испуганно подалась назад, с трудом сдержав рванувшийся из горла крик. А через секунду облегченно выдохнула.

— Ради всего...

Фигура в углублении оказалась не человеком, а изготовленной в полный рост статуей, изображавшей мужчину с длинными, по плечи, волосами, в длинных, до пола, одеждах. В одной руке он держал странный предмет: несколько дуг, расположенных по наклонным осям вокруг центрального шара.

«Я видела это раньше», — поняла вдруг Карина. Рисунок, изображавший точно такой предмет, был и в книге Галилея, который назвал его armilla.

«Может быть, это статуя кого-то, кто изучал звезды... кого-то вроде Галилея!»

Охваченная восторгом, она наклонилась к табличке с именем у основания статуи и прочитала:

— Николай Коперник.

Хм-м-м-м. Имя никогда ей не встречалось, но звучало солидно, важно.

Держась ближе к стене, Карина сделала еще несколько шагов по коридору. В следующем углублении стояла еще одна статуя.

— Сэр Исаак Ньютон, — прочитала она одними губами. Это имя было ей знакомо. Учитель итальянского упоминал его раз или два, когда она ссылалась на что-то из дневника Галилея. «Ты не сэр Исаак Ньютон, — укоризненно говорил он, — так что не играй со мной в эти игры».

Глаза у нее полезли на лоб.

— Так они все — ученые.

Немного дальше стояла третья статуя. Леди Девоншир почти достигла конца коридора. Но Карина, словно поддавшись неким магическим чарам, уже не могла остановиться. Пробежав на цыпочках вперед, она взглянула на табличку.

Дыхание перехватило — к горлу подкатил комок.

— Не может быть.

Прямо перед ней, словно живая — можно даже взять за руку, — стояла статуя того, чей дневник она изучала всю жизнь.

Галилео Галилей, гласила табличка.