Читаем Сальватор полностью

— Ну да, я! И пугаться тут нечего. Вы меня знаете, и вам известно, умею ли я за себя постоять… А потому я хочу поговорить с вами не о дуэли, а о последствиях, которые она может иметь. Некоторые наблюдения дают мне право предположить ловушку. Мне нужны ваши помощь и участие, дабы в нее не угодить.

— Говорите, господин граф; вы знаете, что моя жизнь принадлежит вам.

— Я никогда в этом не сомневался, Бордье. Однако прежде всего, — граф взял со стола лист бумаги, — вот ваше назначение префектом. Я получил его сегодня вечером.

Будущий префект просиял, его глаза заблестели от счастья.

— Ах, господин граф, — пролепетал он, — я так вам благодарен! Чем я могу отплатить за вашу доброту?..

— А вот чем. Вы знаете господина Петруса Эрбеля?

— Да, господин граф.

— Мне нужен верный человек, чтобы передать ему письмо, и я рассчитывал на вас.

— И это все, господин граф? — не поверил Бордье.

— Подождите. Нет ли у вас на службе двух надежных людей, на которых вы можете положиться?

— Как на самого себя, господин граф! Один хочет получить табачную лавочку, другой — контору, где продают гербовую бумагу.

— Хорошо. Прикажите одному из них расположиться на бульваре Инвалидов и не двигаться до тех пор, пока из ворот особняка не выйдет Нанон, кормилица графини. Этот человек должен следовать за ней на некотором расстоянии. Если он увидит, что она направляется на улицу Нотр-Дам-де-Шан, где живет господин Петрус, пусть зайдет спереди и скажет: «Приказываю от имени господина графа Рапта отдать мне письмо, иначе я вас арестую». Нанон предана графине, но она старая женщина и еще в большей степени пуглива, нежели верна.

— Все будет исполнено, как вы пожелаете, господин граф, тем более, что оба мои подчиненные очень суровы на вид.

— Что касается второго вашего человека — тот же приказ. Только ждать он будет не на бульваре, а со стороны улицы Плюме, против выхода из особняка. Там он дождется кормилицу, пойдет за ней и сделает то же, что я уже сказал вам насчет первого.

— Когда они должны приступить к своим обязанностям, господин граф?

— Немедленно, Бордье: нельзя терять ни минуты.

— Положитесь на меня, господин граф, — сказал Бордье, повернулся и направился к двери.

— Минуту, Бордье! — остановил его граф Рапт. — Вы забыли о главном.

Он вынул из кармана письмо, написанное княжной Региной Петрусу, и передал его секретарю со словами:

— Нет нужды будить господина Петруса Эрбеля. Передайте письмо лакею и попросите вручить хозяину как можно раньше. Как только вернетесь, зайдите ко мне с отчетом.

Бордье удалился, разместил своих людей в засаде, закутался до подбородка в широкий плащ и отправился на улицу Нотр-Дам-де-Шан.

Пока Бордье торопился к дому Петруса, другой, не столь закутанный человек шел неспешным размеренным шагом, как и подобает государственному служащему — мы имеем в виду почтальона, — неся в особняк Раптов среди прочих посланий письмо Петруса, адресованное княжне Регине.

Хотя граф Рапт всю ночь строил всевозможные комбинации и думал, что все предусмотрел, он не учел самое простое: почтальона. Таким образом, проснувшись, княжна среди прочих писем получила из рук Нанон, как обычно, письмо от Петруса.

Вот что в нем говорилось: