Читаем Салимов удел полностью

У Бена не укладывалось в голове. Райерсон спал, должен был спать. Хороший цвет лица, явная гибкость мышц, губы, приоткрытые словно для вдоха... его захлестнула нереальность. Он дотронулся запястьем до плеча Райерсона и почувствовал, что кожа холодная. Послюнив палец, он подержал его перед полуоткрытыми губами. Ничего. Ни малейшего дуновения.

Они с Мэттом переглянулись.

- А отметины на шее? - спросил Мэтт.

Бен взял подбородок Райерсона в ладони и стал осторожно поворачивать голову Майка. Та щека, которую было видно, легла на подушку. От этого левая рука сместилась, и костяшки снова стукнули об пол.

На шее Майка Райерсона не было никаких отметин.

Они опять сидели за столом на кухне. Было 5:35 утра. К ним доносилось басистое мычание коров Гриффена, которых гнали на восточное пастбище вниз по холму, за полосу кустарника и подлеска, скрывающую от глаз Тэггарт-Стрит.

- Если верить фольклору, отметины исчезают, - неожиданно сказал Мэтт. - Когда жертва умирает, отметины исчезают.

- Я знаю, - отозвался Бен. Это он помнил и по "Дракуле" Стокера, и по хаммеровским фильмам, где играл Кристофер Ли.

- Мы должны проткнуть ему сердце осиновым колом.

- Подумайте-ка хорошенько, - сказал Бен, отхлебывая кофе. Коронерскому суду объяснить это будет чертовски трудно. За осквернение трупа вы отправитесь в лучшем случае в тюрьму. А скорее, в дурдом.

- По-вашему, я сумасшедший? - спокойно спросил Мэтт.

- Нет, - сказал Бен без какого-либо заметного колебания.

- Вы мне верите насчет отметин?

- Не знаю. Наверное, должен. Зачем вам обманывать меня? Не вижу в этом для вас никакого проку. Вот если бы вы убили его, вы бы лгали. По-моему, так.

- Предположим, так оно и было, - сказал Мэтт, наблюдая за Беном.

- Против этого говорят три вещи. Первое: ваши мотивы. Простите меня, Мэтт, но для классических - ревности или денег - вы просто слишком стары. Второе, как вы это сделали? Если отравили, Майк, должно быть, расстался с жизнью очень легко - выглядит он достаточно умиротворенно, вне всяких сомнений. Что сразу же исключает почти все обычные яды.

- И третий ваш резон?

- Ни один убийца, находясь в здравом уме, не выдумает для сокрытия преступления такую историю, как ваша. Это было бы безумием.

- Мы все время возвращаемся к моему психическому здоровью, - заметил Мэтт. Он вздохнул. - Так я и знал.

- Я не считаю вас сумасшедшим, - сказал Бен, делая ударение на первом слове. - Вы кажетесь достаточно рассудительным.

- Но вы ведь не врач, правда? - спросил Мэтт. - А сумасшедшим иногда отлично удается прикидываться нормальными.

Бен согласился.

- К чему же мы таким образом приходим?

- Все к тому же.

- Нет. Ни один из нас не может себе это позволить, потому что наверху - мертвец, и очень скоро придется объяснять, откуда он там взялся. Констеблю захочется узнать, что случилось. Медицинскому эксперту тоже. Шерифу округа тоже. Мэтт, может ли быть, что Майк Райерсон всю неделю болел чем-то вирусным и случайно приказал долго жить у вас дома?

В первый раз с тех пор, как они спустились вниз, Мэтт выказал волнение.

- Бен, я же рассказывал вам, что он сказал! Я видел отметины у него на шее! И слышал, как он приглашал кого-то в мой дом! А потом услышал... Господи, я услышал смех! - Взгляд Мэтта опять стал странно бессмысленным.

- Ну, хорошо, - сказал Бен. Он поднялся и пошел к окну, стараясь привести мысли в порядок. Думалось ему не слишком хорошо. Как он и говорил Сьюзан, ситуация, похоже, нашла способ выйти из-под контроля.

Он смотрел в сторону дома Марстена.

- Мэтт, вы понимаете, что будет, если вы пророните хоть словечко о том, что наговорили мне?

Мэтт не отвечал.

- Завидев вас на улице, люди за вашей спиной станут крутить пальцем у виска. Малышня кинется доставать восковые хэллоуиновские клыки, чтобы выскочить на вас из своей живой изгороди с криком "Бу-у!" Кто-нибудь придумает стишок вроде "Раз, два, три, четыре, пять, кровь твою иду сосать!" Старшеклассники подхватят, и он будет звучать вам вслед в школьных коридорах. Коллеги начнут награждать вас странными взглядами. Не исключены анонимные звонки от людей, притворяющихся Дэнни Гликом или Майком Райерсоном. Они превратят вашу жизнь в кошмар. И за полгода выживут вас из города.

- Нет. Они меня знают.

Бен отвернулся от окна.

- Что они знают? Что старый чудак живет бобылем на Тэггарт-Стрим-роуд. Самый факт, что вы неженаты, может заставить город поверить, будто у вас не все дома. А как я смогу вас поддержать? Тело я видел - но и только. Даже если бы я видел что-то еще, они бы просто сказали: он посторонний. Может быть, даже стали бы рассказывать друг дружке, что мы с вами - парочка педерастов, отсюда и все наши заскоки.

Мэтт не сводил с него глаз, в которых медленно разгорался ужас.

- Одно словечко, Мэтт. Этого хватит, чтобы в Салимовом Уделе вы стали конченым человеком.

- Стало быть, ничего не поделаешь.