Читаем Сага об угре полностью

Тем самым мы подошли к главному парадоксу: загадочность угря вдруг становится его первейшим врагом. Чтобы он выжил, человек должен выманить его из тьмы и найти ответы на те вопросы, на которые пока ответа нет. А за это придется заплатить немалую цену. Ведь во все времена существовали люди, которые прославляли эту загадочность, тянулись к ней и держались за нее. Угорь привлекал людей, потому что таинственное всегда влечет, а то, что доподлинно известно, лишено теней и нюансов и теряет свою сложность. Люди, подобно Грэму Свифту, — вернее, его рассказчику Тому Крику, — склонны верить, что мир, в котором все объяснено, стоит на пороге гибели.

Это, если хотите, классическая дилемма, замкнутый круг: мы, те, кто борется за угря, чтобы сохранить нечто загадочное и сокровенное в мире просвещения, в каком-то смысле обречены на поражение. Тот, кто считает, что угорь должен оставаться угрем, уже не может позволить ему оставаться загадкой.

Единственное, что нам известно про вымирание угря, — в нем виноват человек. Все те объяснения, которые ученые к настоящему моменту представили, так или иначе связаны с человеческой деятельностью. Чем ближе угорь подходит к человеку, чем больше подвергается влиянию современного человека, тем в большей степени вымирает. Когда Международный совет по исследованию моря (International Council for the Exploration of the Sea, ICES) в 2017 году подытожил, что же требуется сделать, чтобы спасти угря, вывод был отчасти смутный, отчасти предельно ясный: человеческое влияние на угря следует «свести к нулю». Мы не знаем обо всех опасностях, угрожающих угрю, но того, что мы знаем, достаточно, чтобы вычислить единственный путь к спасению: мы должны оставить угря в покое.

Нам известно, например, что угорь болеет и что он, похоже, стал болеть больше, чем раньше. Например, он подвержен заражению вирусом угрёвого герпеса, Herpesvirus anguillae, — заболеванию, впервые обнаруженному у японских угрей в неволе, которое человек через импорт занес диким угрям в Европе. В 1996 году болезнь была обнаружена в Нидерландах, а на юге Германии анализы показывают, что этим вирусом заражено до половины всех особей.

По каким-то причинам вирус поражает только угрей — отсюда его название, и протекает заболевание на редкость тяжело. Долгое время болезнь может находиться в латентной стадии, но когда она проявляется, то развивается быстро и агрессивно. У угря возникают кровоточащие раны вокруг жабр и плавников. Клетки в жабрах отмирают, а наполненные кровью волокна склеиваются между собой. Внутренние органы воспаляются, угорь становится вялым, впадает в полудрему, движется медленно, у самой поверхности, и вскоре умирает.

Кроме того, угря могут поражать паразиты — угрёвые нематоды, Anguillicoloides crassus. Они также были впервые обнаружены у японских угрей и попали в Европу в восьмидесятые годы ХХ века — вероятно, через живых угрей, импортированных из Тайваня. Всего за несколько десятилетий нематоды распространились по всей Европе, а затем перекинулись на Америку. Исследование 2013 года, проведенное в США, в штате Южная Каролина, показало, что уже на стадии стеклянного угря около тридцати процентов особей заражены паразитом. Также выяснилось, что быстрому распространению паразитов способствовали сердобольные попытки спасти угря, когда пойманных стеклянных угрей переносили в новые водоемы.

Угрёвые нематоды — вид круглых червей, которые поражают плавательный пузырь угря, вызывая кровотечение, воспаление и появление шрамов. Угорь плавает медленнее и становится более подверженным разным заболеваниям. Он держится на небольших глубинах и может плавать лишь на короткие расстояния. Заражение не всегда ведет к смерти, но угорь, несущий в себе Anguillicoloides crassus, имеет ничтожные шансы доплыть до Саргассова моря.

Нам известно также и то, что угорь особенно страдает от загрязнения окружающей среды. Поскольку он живет долго и находится высоко в пищевой цепи, то он особенно чувствителен к тем ядам, которые сбрасывают в природу промышленность и сельское хозяйство. Как и паразиты, отравляющие вещества влияют на способность угря совершить путешествие обратно в Саргассово море. Например, у угрей, подвергшихся воздействию полихлорированных бифенилов (ПХБ), развивается порок сердца, отеки, возникают трудности с накапливанием в организме жира и энергии, что делает дальнюю миграцию практически невозможной. Угри, отравленные инсектицидами, хуже адаптируются к соленой воде после жизни в пресной. Если все так, как нам представляется (то есть количество серебристых угрей, добирающихся до места нереста, постоянно сокращается), логично предположить: загрязнение окружающей среды — одна из важнейших причин.