Читаем Сага о Рорке полностью

Рорк едва не бросился вон из круга, когда старуха схватила его холодными узловатыми пальцами, потащила с неожиданной силой к каменному требищу. Здесь она велела ему лечь на камень лицом вверх, забормотала наговоры, тряся косматой безобразной головой и выпуская слюну из беззубого рта. Рорк растянулся на камне. Крестом раскинул руки.

Небо над ним было усыпано крупными звездами, камень холодил спину.

Он делал все, как говорили ведьмы. Он сам этого хотел. После того как Ефанда едва не отравила княжну, Рорк пожелал знать о будущем. Хельгеру он ничего говорить не стал, сказал старому Ольстину.

– Есть две бабы, княже, – доложил ему Ольстин некоторое время спустя. – Ведьмы черные, служат Чернобогу, но силу имеют великую. В город им хода нет, но если пожелаешь…

– Сам к ним пойду, – сказал Рорк.

Ему сказали, где найти ворожей, и Рорк их нашел. При первом же взгляде не вещуний ему стало страшно. А те ничуть не удивились, что князь сам пожаловал к ним, будто ждали его. Назначили прийти на следующий день с дарами для нежити, на закате, взяв с собой только двух человек, чтобы большим количеством человеческой плоти не собрать в одном месте алчущих крови духов. Рорк пришел, взяв с собой двух родичей Ольстина. Теперь он пожалел, что пришел. Но ведьмы начали обряд.

– Не бойся, княже, – мягкие пальцы молодой ведьмы ласково коснулись его груди. – Только помни, что мы тебе сказали. Не сворачивай с тропы никуда и не оглядывайся, иначе забудешь дорогу обратно и останешься в нижнем мире…

Старуха суетилась, поливала землю вокруг требища водой с молоком, разожгла какие-то ароматные курения, потом дала Рорку отпить из какой-то чаши. Напиток был горек и имел запах гниения, от него Рорк ощутил холод в желудке, тошноту и опьянение. Голова отяжелела, странное оцепенение охватило князя. Он видел, как молодая ведьма ударами широкого тесака обезглавила двух черных кур, потом перерезала горло черной овце и под бессвязные выкрики старухи собрала кровь в широкую плоскую чашу, покрытую неведомыми письменами. Жертвенной кровью она начертила какие-то знаки на лбу, груди, животе и бедрах Рорка. Закончив с жертвоприношением, она отставила чашу, подошла к требищу. Рорк ощутил идущий от нее запах трав и молодой горячей плоти.

– Чтобы узнать, чем прорастет семя, надо посадить его в землю, – зашептала она в ухо князю. – Пусть боги подземного мира скажут тебе, что прорастет от семени Волка. Но сначала открой ворота, как велит обряд!

Рорк ощутил, как ладонь молодухи скользнула по его животу, сжала его мужской орган и начала его гладить. Эта нежданная ласка была и пугающей, и приятной. Ведьма закинула голову, начала водить по чувствительной мужской плоти своими торчащими сосками, оттого член Рорка напрягся так, что стало больно. Глаза ведьмы заволоклись пеленой, она полезла на требище, не выпуская князя. Рорк потянулся на камне, пытаясь отпрянуть, но ведьма положила вторую ладонь на живот и сказала:

– По-другому нельзя.

Рорк еще успел подумать, что и старуха, не приведи боги, может потребовать от него того же, но ведьма уже села на князя верхом, приняв его в себя, начала раскачиваться, сначала медленно, потом быстрее и быстрее, испуская стоны, потом вопли, хриплые и жуткие. Князь заскрипел зубами, ведьма завыла, сотрясаясь в судорогах освобождения, и семя князя излилось в нее. Едва Рорк пришел в себя, как увидел, что молодуха собирает часть семени в чашу с кровью.

– Твой ключ открыл мои ворота, князь, – засмеялась бесстыжая, – и ворота мира мертвых вот-вот откроются. Смотри…

Яркий нездешний свет полыхнул в глазах Рорка. Ослепленный князь невольно закрыл глаза ладонями, а как открыл их, увидел, что стоит среди леса. Место напоминало поляну в Лесу Дедичей, где было их первое с матерью жилье. Ни капища, ни ворожей бесстыжих рядом не было.

Прямо от камня, на котором он лежал, начиналась тропинка, уводящая в лес. Рорк обнаружил, что он одет, только не мог вспомнить, когда же он успел надеть на себя рубаху, штаны и сапоги. Соскользнув с камня, князь сделал первый шаг. Вспомнились слова ведьмы: назад не оглядываться и не сходить с тропы.

Тропинка перешла в широкую просеку, прорубленную через лес. Рорк шел долго. Он уже начал уставать, когда лес, наконец, расступился, и сын Рутгера оказался на широкой равнине. Присмотревшись, Рорк узнал место битвы с войском Зверя. Тот же пологий холм, та же подковообразная линия леса. Однако ни Дуэндалльского монастыря, ни церкви не было. Равнина уходила к далеким холмам, над которыми низко висели тяжелые серые тучи.

Рорк не мог понять, что у него под ногами – снег или пепел. Тропинка опять сузилась до еле различимой в сумраке полоски, а по сторонам раздавались странные и неприятные звуки, то ли ворчание, то ли шипение. А потом Рорк различил шум битвы. Вначале этот шум был едва различим, а потом стал нарастать. Рорк вспомнил, что оружие свое оставил у входа в круг, но потом сообразил, что вряд ли в этом призрачном мире земное оружие может ему пригодиться. Шум приближался, и Рорку это не нравилось.