Разумеется, почти с того самого времени, когда люди начали всерьез задумываться об образовании, они обратили внимание на то, что любопытство и научение через открытие, столь характерные для детства, совсем не похожи на те методы формального обучения, с которыми ребенок сталкивается в школе. Это наблюдение привело к возникновению различных “прогрессивных” и альтернативных форм образования, в основе которых – так называемое проблемно-ориентированное обучение (inquiry learning). Многие школьные учителя и раньше интуитивно поддерживали обучение посредством открытия – пусть мы, ученые, пока только начали понимать его научную природу, – и точно так же воспитатели в детских садах интуитивно поощряли игры “понарошку” задолго до того, как их поняли и оценили психологи развития.

Однако тут стоит упомянуть, что в большинстве школ у детей за пределами спортивного зала не только ограничены возможности для открытий, но и нет шанса достигнуть настоящего мастерства. Школа не относится к числу учреждений, которые способствуют открытиям и любопытству, но она и не центр ученичества, где можно было бы учиться у мастеров, делающих свое дело.

Что школы делают лучше всего – это учат учиться в школе. Детей школьного возраста завораживают взрослые умения, они расположены к ученичеству. Для них естественно имитировать и практиковать те занятия, которые кажутся наиболее важными для окружающих их взрослых. В школе же, отдает себе школа в этом отчет или нет, эти занятия заключаются в том, чтобы сосредоточиваться, готовиться к экзаменам и получать оценки.

В худшем случае эти навыки для многих детей окажутся или недостижимыми, или просто совершенно чуждыми. Но и в лучших случаях, когда речь идет о детях с хорошей успеваемостью, остается лишь гадать, в самом ли деле это хорошая идея – отправлять ребенка в школу, чтобы он там учился тому, как учиться в школе.

Наши новые студенты в Беркли к моменту поступления на первый курс уже успевали превратиться в совершеннейших виртуозов-Матаюро по части сдачи экзаменов. Неудивительно, что потом, когда мы предлагали им вместо этого отправиться в ученичество к исследователям и ученым, они подчас испытывали неприятное удивление, а мы – горькое разочарование. Разумеется, любому квалифицированному и компетентному взрослому придется в жизни сталкиваться с самыми различными трудными вызовами, но необходимость постоянной сдачи экзаменов в их число не входит. Умение сдавать экзамены лучше всех на свете вряд ли вам сильно пригодится – и чтобы открыть что-то новое в мире, и чтобы найти новые пути преуспеть в нем.

Мыслить иначе

Есть и еще один аспект, в котором школьное обучение и ученичество сочетаются плохо. Дети по отдельности, каждый по-своему, испытывают и пробуют самые разные идеи и действия. Но при этом все дети также очень сильно отличаются друг от друга. С самого рождения дети, даже в пределах одной и той же семьи, демонстрируют широкий спектр темпераментов и интересов, сильных и слабых сторон. Как мы уже видели раньше, с эволюционной точки зрения это разнообразие – залог гибкости и надежности всей популяции, залог того, что община, деревня или страна справятся с меняющимися обстоятельствами. Это рецепт культурной эволюабельности.

Однако принятая в школьном образовании установка на цель превращает это разнообразие в недостаток. Если вы считаете школу учебным заведением, призванным производить детей со строго определенными характеристиками, то разнообразие из сильной стороны превращается в слабую. По сути дела, в худших случаях дело заходит даже дальше – разнообразие трактуется уже не как проблема, а как болезнь. С детьми, которые не соответствуют школьным требованиям, обращаются так, словно они больные, обладают какими-то дефектами или ограниченно дееспособны. И эта “модель болезни” особенно широко распространена именно потому, что многие из навыков, считающихся наиболее важными для школы, чрезвычайно далеки от природных способностей и наклонностей большинства детей.

В частности, школьный метод обучения требует, чтобы ребенок умел узко фокусировать внимание. На уроке принципиально важно сосредоточиться на том, что говорит учитель, и ни на что не отвлекаться. Мы так привыкли к школьному обучению, что этот вид сфокусированного внимания, возможно, кажется нам по умолчанию необходимым для любого вида обучения вообще.