Читаем С Евангелием полностью

По первому выступлению выходит, что святые мученики, вступая в открытий конфликт с мучителями, этим вредили Церкви, отчего гонение еще сильнее ожесточалось на христиан. А что если бы они уступали игемонам и приносили жертвы богам, хотя бы для отвода глаз, т. е. притворно, в душе же оставаясь христианами? Были бы они тогда исповедниками и мучениками или становились бы трусливыми предателями и корыстными иудами, за жизнь, за деньги продавшими Христа своего?! Вот теперь явно одобряется этот безконфликтный путь, дающий возможность высшему духовенству (особенно) спокойно жить-поживать, а врагам Церкви безнаказанно и без всяких хлопот похищать духовное богатство Церкви в самих верующих. О, где наши святые ревнители правды? Где непреклонные борцы за чистоту веры и народную нравственность? Святой Иоанн Креститель обличал царя Ирода за блудодеяние; святитель Златоуст огненным словом бичевал царицу Евдоксию за роскошь и безбожие; преподобный Сергий обличал и вразумлял русских князей за корысть и властолюбие; святитель Филипп обличал царя Ивана Грозного за произвол и неправедный суд сильных над слабыми; священномученик Гермоген обличал московских бояр за их предательство и сговор с католичеством. И сколько их, этих давних духовных ревнителей, которые ценой своей жизни защищали дорогую правду, народные традиции и самую святую веру Православную! И вот если бы и они так пошли на “мировую” со всяким злом, безпутством, хищничеством, вероломством царей и правителей, то что было бы с нами?!

Какое бы нищенское духовное наследие досталось нам?

Как хорошо и торжественно мы теперь празднуем память этих святых!

Как хорошо их величаем!Как велегласно восхваляем!А вот по делам их НЕ ПОСТУПАЕМ!

Зато и “по делам” нашим Господь воздает нам!…

ШЕПОТ

Тихий шепот раздаетсяВо глубокой ноченьке,Сердце пламенное бьется,Воспалены оченьки…Я проснулся и приникК беленькой подушке,Сон глубокий мигом сник,Навострились ушки.То — не шепот молодых,Друг друга любимых,Это шепот уст святых,Горюшком томимых.“Мати Божия, спасиТы моих сыночков,Заступись и укрепиБедных голубочков.Бьются, милые мои,В сторонах далеких;Помрачились светлы дниПри водах глубоких”…Тихий шепот раздаетсяВо глубокой ноченьке,Сердце раненое бьется,Притомились оченьки.Так и нынче, так и завтра,Так и каждый Божий деньШепот слышен при закате,Оглашает ночи темь…Сколько слез! Сколько воздыханий!Сколько сдержанных рыданий!Сколько пламенных молитв!Одиноких тайных “битв”…Миновали годы многи,Гуще стали заросли,Усложнились все дорогиВ большинстве и в малости…Снова слышу тихий шепотВ уголке святых икон,То — не горечь, то — не ропот!Тьма в избе со всех сторон.Снова плач, опять рыданья,Вздохи горя и стенанья…Все темнее за окном.Стоны бьются, бьются с злом!..Так святая Церковь-матьВо простом народе,Бьется, молится, чтоб встатьНам при этом роде.Плачет, плачет в темнотеЗа своих сыночков,Проводящих в суетеДар своих денечков…

А ОНИ ИДУТ…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Ангел над городом. Семь прогулок по православному Петербургу
Ангел над городом. Семь прогулок по православному Петербургу

Святитель Григорий Богослов писал, что ангелы приняли под свою охрану каждый какую-либо одну часть вселенной…Ангелов, оберегающих ту часть вселенной, что называется Санкт-Петербургом, можно увидеть воочию, совершив прогулки, которые предлагает новая книга известного петербургского писателя Николая Коняева «Ангел над городом».Считается, что ангел со шпиля колокольни Петропавловского собора, ангел с вершины Александровской колонны и ангел с купола церкви Святой Екатерины составляют мистический треугольник, соединяющий Васильевский остров, Петроградскую сторону и центральные районы в город Святого Петра. В этом городе просияли Ксения Петербургская, Иоанн Кронштадтский и другие великие святые и подвижники.Читая эту книгу, вы сможете вместе с ними пройти по нашему городу.

Николай Михайлович Коняев

Православие
Русская Церковь накануне перемен (конец 1890-х – 1918 гг.)
Русская Церковь накануне перемен (конец 1890-х – 1918 гг.)

В царствование последнего русского императора близкой к осуществлению представлялась надежда на скорый созыв Поместного Собора и исправление многочисленных несовершенств, которые современники усматривали в деятельности Ведомства православного исповедания. Почему Собор был созван лишь после Февральской революции? Мог ли он лучше подготовить Церковь к страшным послереволюционным гонениям? Эти вопросы доктор исторических наук, профессор Санкт-Петербургского государственного университета С. Л. Фирсов рассматривает в книге, представляемой вниманию читателя. Анализируя многочисленные источники (как опубликованные, так и вводимые в научный оборот впервые), автор рассказывает о месте Православной Церкви в политической системе Российского государства, рассматривает публицистическую подготовку церковных реформ и начало их проведения в период Первой русской революции, дает панораму диспутов и обсуждений, происходивших тогда в православной церковно-общественной среде. Исследуются Отзывы епархиальных архиереев (1905), Предсоборного Присутствия (1906), Предсоборного Совещания (1912–1917) и Предсоборного Совета (1917), материалы Поместного Собора 1917–1918 гг. Рассматривая сложные вопросы церковно-государственных отношений предреволюционных лет, автор стремится избежать излишней политической заостренности, поскольку идеологизация истории приводит лишь к рождению новых мифов о прошлом. В книге показано, что Православная Российская Церковь серьезно готовилась к реформам, ее иерархи искренне желали восстановление канонического строя церковного управления, надеясь при этом в основном сохранить прежнюю симфоническую модель отношений с государством.

Сергей Львович Фирсов

Православие