Читаем С Евангелием полностью

Израненный и удрученныйЛежишь ты в ярости смущенный,На небо возведя зеницыГлядя в туманные зарницы.Неужто крылья небосводаЗакроет дерзкая свобода?И тень живого мертвецаНе узрит в космосе Отца…Но на земле в деяньях СынаМы видим небо дивно синим,И в Книге Жизни светлый лучРазвеет злобу темных туч.Живи, душа, больною грудью,Вокруг тебя повсюду люди,Но ты одна среди толпы,В пустыне знойной будто ты!Но не умрешь — Христос с тобою,Любовью сладкою, живоюОн напитает душу мираИзгнав постыдного кумира.О, наш Господь, Спаситель люда,Тебя мы славим здесь повсюду.Святое слово твердо чтим,Иного больше не хотим!Питай нас сладостью живою,Крепи отвагою святою,Навеки верны Тебе будем,Твою любовь мы НЕ ЗАБУДЕМ!

Нет! Свет солнечной теплоты неизменно господствует над лунной ночью. Так слово святого Евангелия Христова победоносно преобладает над любыми гениями человечества. Оно боримо, но не побеждаемо, гонимо, но не уничтожаемо, безславно, но всюду прославляется.

Сам Господь наш Иисус Христос вознесся от нас на небо, но нам оставил НЕПОБЕДИМОЕ Свое слово, которого трепещут демоны, боятся и поносят безбожные люди. А мы ликуем, радуемся, дерзаем на победу в неравной борьбе. И слово Божие — с нами! И будет оно у нас ныне и во веки веков. Аминь.

“И видел я отверстое небо, и вот КОНЬ БЕЛЫЙ, и Сидящий на нем называется Верный и Истинный, Который праведно судит и воинствует.

Очи у Него, как пламень огненный, и на голове Его много диадим. Он был облечен в одежду, обагренную кровью.

ИМЯ ЕМУ: СЛОВО БОЖИЕ” (Откр. 19, 11–13).

Но кто это пробирается через века и народы, языки и племена? Он подобен Великану с высоко поднятой головой. Верх его головы достигает облаков, ноги, как столпы будто огненные… Он шагает гигантскими шагами, переступая моря, океаны, высочайшие горы, и голос его — голос шума грома и буйных волн морских. Тень его мечется всюду: над водами океанов, морей, стран и континентов, городов и селений. Даже под звездами гремит голос его, и в недрах земли — имя его!.. Но как горд и высокомерен образ его! Будто бог или сын его воплотился в это чудовище земли… Уста хулят, сердце превозносится превыше всего святого. Мысли витают огненной радугой выше седьмого неба. Кто сей великий и прегордый?

ИМЯ ЕМУ: СЛОВО ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ!..

И как ни странно, как ни противоестественно, но слово человеческое, в своей безумной гордыне, мечтает и уже трубит во все трубы о своей “победе” над Словом Божиим. Оно самодовольно говорит: “Меня читают и превозносят все народы земного шара. Мне верит и меня слушает весь мир. Мной заполнены магазины, библиотеки, школы, клубы, а главное — умы и сердца человеческие. И нет сильнее меня во всем свете!”….

И видно было, как при этих словах “Великан” распустил свои могучие крылья и, взмахнув ими, мигом устремился туда, где виден был “белый Конь”, дабы сразиться с Ним в великой ярости…

Святой Пророк говорит: “В последние времена люди будут издыхать от голода, не от того, что не будет хлеба и воды, а от голода слова Божия. Будут ездить из края в край, из страны в страну и будут спрашивать: “Не слышали ли вы где слово Божие?”

И чтобы этот голод насытить, слово человеческое старается вклиниться всюду, окружив себя ореолом святости и безупречной правды, оно внедряется в плоть и кровь людей, господствует над их совестью и делает “счастливой” саму жизнь. А святая Библия лежит в пыли. Лежит она где-то в углу или за шкафом, лежит с ободранными корками или совсем без переплета, не имея ни начала, ни конца. Лежит она забытая или тщательно спрятанная от посторонних и домашних людей.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Ангел над городом. Семь прогулок по православному Петербургу
Ангел над городом. Семь прогулок по православному Петербургу

Святитель Григорий Богослов писал, что ангелы приняли под свою охрану каждый какую-либо одну часть вселенной…Ангелов, оберегающих ту часть вселенной, что называется Санкт-Петербургом, можно увидеть воочию, совершив прогулки, которые предлагает новая книга известного петербургского писателя Николая Коняева «Ангел над городом».Считается, что ангел со шпиля колокольни Петропавловского собора, ангел с вершины Александровской колонны и ангел с купола церкви Святой Екатерины составляют мистический треугольник, соединяющий Васильевский остров, Петроградскую сторону и центральные районы в город Святого Петра. В этом городе просияли Ксения Петербургская, Иоанн Кронштадтский и другие великие святые и подвижники.Читая эту книгу, вы сможете вместе с ними пройти по нашему городу.

Николай Михайлович Коняев

Православие
Русская Церковь накануне перемен (конец 1890-х – 1918 гг.)
Русская Церковь накануне перемен (конец 1890-х – 1918 гг.)

В царствование последнего русского императора близкой к осуществлению представлялась надежда на скорый созыв Поместного Собора и исправление многочисленных несовершенств, которые современники усматривали в деятельности Ведомства православного исповедания. Почему Собор был созван лишь после Февральской революции? Мог ли он лучше подготовить Церковь к страшным послереволюционным гонениям? Эти вопросы доктор исторических наук, профессор Санкт-Петербургского государственного университета С. Л. Фирсов рассматривает в книге, представляемой вниманию читателя. Анализируя многочисленные источники (как опубликованные, так и вводимые в научный оборот впервые), автор рассказывает о месте Православной Церкви в политической системе Российского государства, рассматривает публицистическую подготовку церковных реформ и начало их проведения в период Первой русской революции, дает панораму диспутов и обсуждений, происходивших тогда в православной церковно-общественной среде. Исследуются Отзывы епархиальных архиереев (1905), Предсоборного Присутствия (1906), Предсоборного Совещания (1912–1917) и Предсоборного Совета (1917), материалы Поместного Собора 1917–1918 гг. Рассматривая сложные вопросы церковно-государственных отношений предреволюционных лет, автор стремится избежать излишней политической заостренности, поскольку идеологизация истории приводит лишь к рождению новых мифов о прошлом. В книге показано, что Православная Российская Церковь серьезно готовилась к реформам, ее иерархи искренне желали восстановление канонического строя церковного управления, надеясь при этом в основном сохранить прежнюю симфоническую модель отношений с государством.

Сергей Львович Фирсов

Православие