Читаем С.Е.К.Р.Е.Т. полностью

Когда я спросила Матильду, как быть, если в ходе свидания по системе С.Е.К.Р.Е.Т. я нарвусь на знакомых, она ответила, что правда всяко лучше вранья. Но вот я все-таки солгала.

– Уилл, Трачина здесь, так что я пойду. До завтра. – Я спешила убраться подобру-поздорову.

– Кэсси! – позвал Уилл, напугав меня.

«Пожалуйста, никаких вопросов», – молила я молча.

Наши взгляды встретились.

– Спасибо за кофе, – сказал Уилл.

Я отсалютовала и вышла.

– Кэсси!

Что еще? Я повернулась, прошла обратно и сунулась в дверь.

– Ты классно выглядела тем вечером. Даже очень.

– О-о. Что ж, спасибо, – промямлила я, залившись краской, как девчонка.

Ох, Уилл. Бедный Уилл. Бедное кафе «Роза». Скоро что-то случится.

* * *

Этого было не избежать. В тот вечер Трачина, щеголявшая в сверкающих лодочках, угодила высоким каблуком в трещину на тротуаре. Туфля застряла, и Трачина подвернула свою птичью лодыжку. Трачина предупреждала – и ей самой говорили, – что асфальт весь растрескался и работать в этой обуви опасно. Но таково женское тщеславие. Куда деваться – мне предстояло отработать за нее несколько вечерних смен, пока распухшая нога не станет изящной, как прежде. Я пожаловалась Матильде, и она попросила держать ее в курсе моего рабочего графика. Я надеялась, что следующая фантазия воплотится в Особняке, а также рассчитывала, что это произойдет скоро. Но было все больше похоже на то, что в этом месяце фантазий не будет.

– Не беда, – утешила Матильда. – На следующий месяц мы запланируем сразу два мероприятия.

И все же воспоминания об интерлюдии в джаз-баре постепенно тускнели, а я, признаться, хотела большего.

Вытирая столы, я лишь благодарила Бога за «Весенний отрыв». Не знаю, как бы я вынесла неделю двойных смен при полной загрузке. Днем царила мертвая тишина, но ранние вечера в нашем районе нагоняли, пожалуй, еще большее уныние. Посетителей почти не было, и уличные огни маялись бездельем, освещая лишь стены и стекла, превращая кафе в одинокую картинку. Уилл покончил со своими умиротворяющими бдениями наверху, так как все время сидел с Трачиной. Я не возражала. У меня была пара хороших книжек, не говоря о массе времени, чтобы набраться смелости и записать в «журнал фантазий» новые мысли – то было единственное домашнее задание от С.Е.К.Р.Е.Т.

Именно этим я и занималась за стойкой бара, когда звякнул дверной колокольчик. Я решила, что это поздний посетитель, но на пороге появился доставщик выпечки. Я немного удивилась, так как обычно эти ребята привозили товар рано утром и их путевые листы подписывала Делл. Я давно отпустила повариху домой, потому что после семи вечера подавала только кофе и десерт да лишь тем, кто прежде сделал заказ и заканчивал ужин. Тем временем молодой человек в серой толстовке с капюшоном, не говоря ни слова, направился прямиком ко мне, катя перед собой нагруженную коробками тележку.

– Прошу прощения, – сказала я, вставая со стула и пряча журнал за спину, – но вам не кажется, что вы слегка припозднились? Разве вы обычно не по утрам…

Пройдя мимо, он сбросил капюшон и улыбнулся через плечо. Он был коротко подстрижен, с резко очерченным лицом, темно-голубыми глазами и татуированными руками. В моем сознании всплыл «стоп-кадр» – образ хулигана-старшеклассника, от одного вида которого у девушек сладко замирает сердце.

– Я только отнесу это на кухню. Подойдете? – Он показал планшет с накладными.

Я заподозрила, что получу нечто большее, чем поддон с лаймовыми пирожками да пару дюжин пончиков-бенье. Через секунду после того, как он толчком открыл дверь в темную кухню, я услышала грохот, заставивший меня порадоваться, что в кафе нет Уилла. Причем одним разом не обошлось: сначала загрохотало, потом несколько раз стукнуло, затем донесся какой-то жуткий металлический лязг.

– Господи! – воскликнула я, устремляясь к кухонной двери, из-за которой теперь слышались стоны. – Вы в порядке?

Я толкнула дверь и уперлась в тело – его тело, простертое на полу. Пошарив по стене, я включила свет и удостоверилась, что он и впрямь лежит, держась за ребра. Весь пол перед холодильником был вымазан разноцветной начинкой.

– Похоже, я тут основательно начудил, – пробормотал он.

Мне бы рассмеяться, но сердце мое еще не успокоилось.

– Вы в порядке? – повторила я, осторожно приближаясь к нему, словно он был попавшей под машину собачонкой и резкие движения могли его спугнуть.

– Думаю, да, более-менее. Ох, прошу прощения за бардак.

– Вы один из тех ребят, которые… ну, знаете?

– Ага. Я должен был «застать вас врасплох».

Он приподнялся, но охнул, схватился за локоть и вновь опустился на пол, благо коробка пирожков с орехами подвернулась вместо подушки.

– Ну, врасплох вы меня в своем роде застали, – сказала я, со смехом озирая произведенный разгром.

Судя по всему, парень въехал тележкой в «кухонный остров» Делл со стальным покрытием, отчего по полу разлетелись не только его коробки, но и ее кастрюли и сковородки.

– Помочь? – Я протянула руку.