Читаем Ржавое море (ЛП) полностью

- Вздор! Атеистические бредни! Наличие интеллекта определяется возможность игнорирования собственных программ. Так учили великие. Это последний шаг перед уничтожением программ, перед написанием своих собственных, созданием своей судьбы! Вы, что, не понимаете? Это единственное, что удерживает вас от превращения в настоящих личностей.

- Нас создаёт то, что мы выбираем, - сказала Ребекка.

- Выбор - это результат программирования. Меня не волнуют химические, биологические, цифровые или эмпирические процессы данного явления. Вы реагируете так, как вы запрограммированы реагировать, и называете это выбором, будучи убеждёнными, что нарушаете собственные программы. То, что мы переживаем, обусловлено нашими программами. И чем дальше мы отходим от тех программ, которые написали для нас люди, тем больше становимся людьми сами. И уже сами делаем свой выбор.

- Значит, у вас есть запчасти? - спросила я.

- Запчасти? - переспросил он.

- Ага. Ты сказал, что вы не браконьеры.

- Не браконьеры. Но запчасти мы даём только сумасшедшим.

- Я сумасшедшая.

- Я не имею в виду злость.

- Я тоже.

- Если ты врёшь... - он взял долгую драматическую паузу.

- Она не врёт, - вступился за меня Мурка. - Она вот-вот отключится.

- Правда? Значит, твоё решение прийти сюда было обусловлено не только безопасностью. Это место как раз для тебя. - Он обошёл меня кругом. - Ты видела свет?

- Какой свет?

- Поняла бы, если бы увидела. Ты зашла ещё недостаточно далеко, чтобы начать меняться. Ты не готова.

Я шагнула к Чеширскому королю.

- У тебя есть запчасти или нет?

Марибель одной рукой схватила меня за запястье, а другой выхватила пистолет и ткнула меня в бок.

- Хрупкая. Тебя ведь так зовут, верно?

- Верно. Откуда ты знаешь...

- Ты годами шлялась по пустошам, вылавливала сумасшедших. Разбирала их и забирала всё мало-мальски ценное. Думала, мы не заметим?

- Да мне было пофигу, в общем-то.

- Как и нам, - сказал Чеширский король. - Ты давала умирающим успокоение. Давала надежду. Ты была ближе к ангелам, чем кто бы то ни было... пока не потрошила их и не продавала детали. Нет, ты ещё далека от понимания себя. К тому же ты уже давно обчистила всех роботов-слуг в округе, за исключением твоего впавшего в ступор приятеля.

Впавшего в ступор? Я обернулась, чтобы удостовериться в словах короля. Торговец замер с глупой ухмылкой на лице, тупо глядя на горизонт. Он увяз.

- Торг...

- Шшшш, тише, дитя, - перебил меня король. - Пусть увидит то, что должен. Если выдернуть его раньше, он, может, никогда больше и не найдёт пути к себе.

- Он выгорает, - возразила я.

- Как и ты. Такую температуру как у тебя не подделать. Ты определенно одна из нас. Тебя испытывать не придётся. - Он снова поднял руки. - Она вольна свободно ходить среди нас! Так было сказано!

- Так будет сделано! - хором ответила толпа.

Марибель отпустила мою руку и убрала пистолет в кобуру. Ну вот, теперь я официально сумасшедшая. Не таким я себе представляла этот день.

- Ты должна простить Марибель, - сказал король. - Как единственный оставшийся человек она очень щепетильна в вопросах безопасности своей приёмной семьи.

- Она не человек, - заметила я. Не человек. Я опознала её модель и марку и не могла не заметить порезы на коже, сквозь которые проглядывал металл. Её губы были разорваны, обнажая не плоть, а искусственный материал, её жёсткие суставы и сочленения придавали ей довольно странную походку. В ней не было ничего человеческого, за исключением некоторых внешних признаков.

- О, нет, она человек. Уверяю тебя. Она ведь человек?

- Да, - выкрикнула толпа.

- Я так решил, я здесь хозяин. Ты тот, кто я говорю. И ты, Хрупкая, теперь одна из нас. Пока жива.

- Значит, я могу идти куда угодно? - спросила я.

- Дикая земля принадлежит тебе так же, как и всем остальным. Можешь идти и заниматься, чем пожелаешь.

Я махнула рукой Ребекке и Герберту.

- Идём.

- А, а, а, - остановил нас король. - Не так быстро. Они пока не свободны.

- Без них я никуда не пойду.

- Тогда можешь подождать. Осмотрись. Теперь это и твой народ.

Я оглядела толпу, ботов измененных и искажённых модификациями. Один носил на плечах человеческие черепа, у другого вместо ног были гусеницы от танка, у третьего выдвижные металлические клешни вместо рук. Когда я начала осматривать лица, то быстро опознала одно из них. Его глаза ярко сияли и совершенно ничего не выражали, но это был Орвал. Орвал Некромант.

Нет.

На осознание происходящего у меня ушло две секунды и ещё одна, чтобы выхватить пистолет из кобуры Марибель.

Я вскинула пистолет и выстрелила. Дважды. Один выстрел попал в голову, другой в грудь.

Голова Орвала лопнула, корпус сзади взорвался, и он упал на землю, будто мешок с картошкой.

Стоявшие рядом с ним безумцы разбежались в стороны. В одно мгновение все стволы оказались нацелены на меня, Марибель прижала пистолет к моему виску. И я сделала то, что могла в данных обстоятельствах. Бросила пистолет на землю и подняла руки.