Читаем Рыжий рыцарь полностью

Итак, злая магия мелкорослого Щура испортила волшебный медальон таким хитрым образом, что друзей раскидало в разные места. Однако страстное желание рыжего рыцаря не расставаться надолго сработало как конкретное уточнение маршрута, и все трое попали в средневековую Англию. Нэд, точно знавший, куда ему надо, оказался на взморье, вблизи поместья отца. Валеру зашвырнуло гораздо дальше, в ряды шотландских наемников, ушедших из родных гор на заработки. Благо в те смутные времена они всегда могли послужить любому барону, графу, а то и королю своей безудержной отвагой и тяжелыми мечами. Ну а бедную Илону выбросило, так сказать, в очередное замужество. С одной стороны, она никогда не была столь популярна, с другой, малозаманчивая перспективка поселиться в отсталой феодальной стране без института, без компьютера, без надежды хоть когда-нибудь увидеть дорогих родителей и любимого Пупса… Да еще провести лучшие годы с идиотом мужем, подконтрольным прибабахнутой свекрови, – увольте!

Нэд Гамильтон начал с того, что отправился на поиски военной помощи. Единственное ближайшее место, где он мог ее получить, были владения леди Роксоланы и ее отца. Ехать пришлось в обход, чтобы не нарваться на превосходящие силы черных рыцарей. Крестоносец понимал, что если он геройски погибнет в неравном бою, то отомстить за его братьев, за разоренную землю, за изувеченных крестьян будет уже некому. Лишь к вечеру следующего дня верный Бред доставил хозяина к надежному старому замку, стоящему в лесной глуши, за две-три мили от страшных границ Мальдорора. Видимо, сюда еще не докатилась война, хотя, конечно, следы многих беженцев говорили о том, что люди пытались искать здесь спасения. Опускалась холодная ночь, в лесу вовсю завывали волки, слышался медвежий рык, и рыжий рыцарь поторопил усталого коня. Подъехав к наглухо закрытым воротам, Нэд трижды с расстановкой ударил бронированным кулаком по дубовым доскам. На стене мелькнули огни, показались прятавшиеся за широкими зубцами часовые:

– Кто это?! Кто посмел беспокоить господина барона в столь поздний час?

– Рыцарь Святого Креста, вернувшийся на родную землю из далекой Палестины!

– Святой Йорик! – От стражников отделилась высокая фигура старика с факелом. – Неужели это вы, благородный сэр Гамильтон?!

– Это я, Джон! Но поторопись, пока дикие звери не растерзали нас с конем на ужин прямо под вашими стенами.

– Открыть ворота!

Старый воин был начальником стражи и всю свою жизнь верно служил баронству Шеффилд. Разумеется, он отлично знал соседей, и маленький Нэд с братьями были частыми гостями замка. А уж когда дочь барона, благородная леди Роксолана, расцвела в завидную невесту, все три Гамильтона наперебой рвались засвидетельствовать ей свою любовь и преданность, а старый Джон был общим поверенным их сердечных тайн.

Самого хозяина, барона Готфрида Седрика Шеффилда, в замке не было, он на прошлой неделе уехал обозом на столичную ярмарку. Дорога на Лондон была длинна и опасна, в качестве охраны ушли почти все воины. На стенах осталось не более десятка лучников. Перед отъездом барон заручился обещанием старших братьев Нэда присматривать за землями будущей невесты. На самом деле он давно морочил головы обоим, в то же время выискивая для дочери более выгодную партию. Всеми слугами в замке сейчас заправлял старик Джон, сменивший по причине возраста пост начальника стражи на должность ключника. Все это он бегло рассказывал молодому крестоносцу, проводя его в дом. Бреда отправили на конюшню, а Нэду Гамильтону было предложено подождать в трапезной, если леди Роксолана еще не спит, то, возможно, и выйдет поприветствовать друга детства.

– Джон, ты знаешь, что творится в моих землях?

– Да, благородный сэр. Третью ночь к нам бегут перепуганные, искалеченные люди. Все говорят, что на них напали страшные черные рыцари, что сбылось проклятие Мальдорора и черный замок вернулся, но я не очень верил.

– Увы, я видел его своими глазами. Но скажи, эти несчастные слышали что-нибудь о судьбе моих братьев?

– Я расспрашивал об этом. Скорее всего, они мертвы, но некоторые утверждают, что молодых господ, ослабевших от ран, взяли в плен. Большего узнать не удалось. Леди Роксолана запретила пускать в замок даже раненых, она боится чумы или еще каких-то тяжелых болезней, всегда вспыхивающих на войне. Я лишь даю беженцам немного хлеба на дорогу до аббатства преподобного Нэстле. Хотя дойдут наверняка немногие.

– Вы отказываете в приюте больным и увечным? – не поверил своим ушам Нэд. – Но… разве это не святой долг каждого христианина?! Неужели я так долго отсутствовал, что Англия успела дожить до такого позора…

– Я здесь лишь слуга, – грустно усмехнулся старик. – Я немолод и дорожу своим местом. Вам стоит поговорить с госпожой, быть может, ваша горячая речь заставит ее быть хоть чуточку милосерднее к бедняжкам, у которых огонь и меч отняли все.