Читаем Рыжий рыцарь полностью

– Ну… что за уничижительный тон? Мы ведь друзья, правда? Дежи, лежи, не вставай… – Кронпринц равнодушно позволил запечатлеть верноподданнический поцелуй на своей перчатке. – Мама порой бывает неоправданно вспыльчива, но ведь мы с тобой не намерены обсуждать ее поведение. У нас иные планы, и, будь любезен, напомни мне, что нового ты узнал из «Песен Мальдорора»? Далеко ли мы продвинулись в наших исследованиях?

– Но… мой господин… – жалобно залепетал Щур, – вы же знаете, я не… не мог!

– Не уверен, что правильно тебя понял.

– Королева дала мне столько работы, что у меня не было и часа передышки. Найти этого подлого Нэда Гамильтона с его бандой, отправить в вычисленный мир наших рыцарей, вернуть их оттуда с добычей… Все это занимает уйму времени и сил!

– Видимо, ты разучился меня понимать, – вздохнул Валет, плавным движением доставая плеть из-за голенища высокого сапога. – Всадники вернулись не все, добыча исчезла неизвестно куда, приказы Королевы так и остались не выполнены! Я не хочу давить на тебя, Щур, но думаю, тебе лучше побыстрее учиться правильно отвечать на мои вопросы.

* * *

К Лебединому озеру восставшие вышли хорошо организованной армией. Рыжий крестоносец, обладая незаурядным стратегическим талантом и реальным боевым опытом, сумел за несколько часов сколотить из толпы стройные боевые ряды. Все были вооружены тяжелым шахтерским инвентарем: лопаты и кирки, заступы и ломы грозно покачивались на грязных плечах. Горожане единым строем шли на последний, решительный бой за свою свободу. Боевые формирования изнеженных слуг «Обновленного Мира», встречавшиеся у них на пути, позорно бежали, даже не дерзая помыслить о противоборстве. Как и гласило пророчество незабвенной И.Ю., сэр Гамильтон ехал на черном… звере. Поскольку коня он умудрился забыть у дома астролога, то надо было хоть как-то спасать положение. Рада, не считаясь с потерями, одолжила для общего дела личного динозавра. Его задрапировали черными тканями, на шею навертели подобие гривы, а на зубчатый хвост понавесили веревок. Эффект весьма приблизительный, но все-таки лучше, чем ничего. Молодая колдунья вела «черного коня» под уздцы, а Нэд Гамильтон в темных очках гордо восседал на импровизированном седле, высоко вздымая штандарт с изображением христианского креста.

– Валерыч, не зли меня! – пыхтела Илона, старательно отгибая какой-то острой железкой стальной зажим на пыточном кресле. – Как это ты не видел, где тут кнопка?! Раз защелкивается все сразу, то и открываться должно так же легко.

– Но… как же я мог… это было откровенное насилие!

– А кого тут усаживали, меня, что ли? Так я, знаешь ли, в слесари-медвежатники еще не переквалифицировалась… Оп! Пошел, пошел… щас… ау!!!

Железка вывернулась из рук и по дуге отлетела в угол, расцарапав Илоне запястье. В гневе она пнула кресло ногой и отвесила подзатыльник другу детства. Валерка икнул, а зажимы раскрылись.

– Я вспомнил, дорогуша. Противный жрец нажимал на что-то внизу.

– Поздно, проехали, вставай давай. Вон, на задней ножке рычажок-переключатель… Теперь пора выбираться отсюда, а то Нэд спасет нас без нашей помощи.

– Ах, это было бы так романтично, – вздохнул Люстрицкий, но с кресла покорно встал. – Ты права, милому Нэду надо помочь. Каковы наши дальнейшие действия?

– Будем пробиваться через линию фронта. Здесь столько всего разного… Сейчас быстренько вооружаемся, вопим громче, машем граблями направо-налево – беленькие чистоплюйчики сами убегут!

– Ты хочешь их напугать, – воодушевился студент-юрист. – Я возьму вот это, это и… это тоже. Да, и вон ту синюю занавеску. Пилу, пилу! Нет, только двуручную! Помоги же мне снять наконец это платье, там такие маленькие крючочки.