— Мы почти дома. Надо было ехать со мной, было бы легче. Ты же мне кое-что должна, рыжуля. Сейчас, пока мы вдвоём, хочу тебя попробовать, — он прижал меня к стене вагона.

Спину обожгло холодом. Солт поставил колено мне между ног и начал возиться с застёжкой на моих штанах.

— Сейчас сделаем по-быстрому. А потом уже, когда выпадет удачный момент, будем растягивать удовольствие.

Мда. Учитывая, что ночью в меня стреляли, утром продали, а теперь это, день у меня явно плохой. Он серьёзно хочет этого, когда у меня задница прострелена?

— А подобное запрещено в общественных местах?

— А мне плевать. Деньги, власть и чистая кровь открывает множество дверей. Я не дракон. Делаю что хочу и где хочу. Приспусти штанишки, будь хорошей девочкой.

Даже если захочу, не смогу. Ты ж меня в поезд вдавил своим брюхом!

— Я стесняюсь! — визгнула я. — Хозяин, я так не могу. Я же ваша, а тут столько… всех! Что если кто-нибудь увидит? К тому же мне повязку менять надо. К чему грязь эта? Сами сказали, что с вами лучше, чем с капитаном, так вот!

Что я несу, мама дорогая…

Я осмотрелась. Кажется, это был столичный вокзал, но какая-то дальняя, безлюдная его часть. Если я обернусь лисой, то легко найду укрытие. Не будь на мне треклятого ошейника даже ждать не стала бы. Сбежать, а там придумаю, что делать. Само собой, на меня объявят охоту и, вероятно, быстро поймают, с моим-то везением, но тут меня точно ничего хорошего не ждёт.

— Проклятье, знал бы что ты такая недотрога, захватил бы пару игрушек, — обиделся Солт. — Но ничего, можно и так. На тебе когда-нибудь применяли ошейник? Помнишь, как выгнуло вашего обожаемого дракона? Не сделаешь, что я хочу — узнаешь какого это.

А он молодец. Не сдаётся, услышав «нет». Ладно, прикинусь идиоткой.

— Можете подробно объяснить, что именно от меня требуется?

— Юджин, ну что ты там возишься? — раздалось в стороне и Солт с воистину кошачьей грацией отскочил от меня.

Глава 8

К нам подошла пышногрудая рыжеволосая женщина на комично высоких каблуках. Из встречающих? Меня она тут же смерила презрительным взглядом.

— Да вот, взял нового оборотня, дорогая. Совсем тупая и обучена плохо. Ещё подстрелили вчера, так что со скидкой.

Ой, вы гляньте, какой практичный мужчинка.

— Ну и зачем? Она что, обмочилось?

Это кровь, дура! Может меня извращенец твой поимел и девственность отнял!

— Так это же для тебя, тыковка… — изобразил улыбку Солт, но его жена завизжала ещё громче.

— Не делай из меня дуру. Я что без глаз по-твоему?! Грудь, смазливая рожа, задница! Юджин, — она ткнула в него пальцем. — Я устала топить щенков, которых наши домашние зверушки от тебя приносят. — За них штраф — по десять тысяч каждый. И самки воют потом так, что затыкать только через ошейник! Учти, поймаю с этой, — она глянула на меня, сморщив нос. — Зверолюдиной, оторву тебе всё, что провоцирует проблемы!

Я задумалась, имеет она ввиду голову или то, ради чего меня, судя по всему, купили? Ладно, жена мне в целом нравится. Наши взгляды на отношения между мной и Юджином сходятся.

— Что ты… Дейзи, — он поцеловал её руку. — Я люблю только тебя.

— А спишь с животными! — фыркнула та, а после снова посмотрела на меня. — Будешь прислуживать моей старшей дочке. И если ей что-то не понравится, — Она недобро ухмыльнулась. — Будет наказание.

— Поняла, госпожа.

— Идём, — миссис Солт взяла мужа под руку, и они направились по перрону к ярко-красной машине.

В этот раз мне досталось место рядом с водителем. Охранник заметил рану и предложил помочь, пока вещи господ загружали, но я отказалась. Ты может и оборотень, но светить задницей я не стану. Увильнув от увлекательного занятия, я долго искала более-менее удобное положение пока все, наконец, не расселись по огромному салону.

Если бы город можно было сравнить с цветом, Айравед я бы назвала медью. Красноватая брусчатка, кирпичные здания, провода, расчёркивающие небо. По тротуарам прогуливались горожане, заглядывая в ярко освещённые витрины магазинчиков. Наверно, вечерами здесь красиво. Меж фонарей провисают нити гирлянд с крупными лампочками.

Машина свернула вправо и покатила по мостовой, мощённой булыжником. С одной стороны которой открывался вид на тёмную реку. Дальше по улице расположились богатые дома. Я таких даже не видела. С башнями, лепниной, но при этом на крыше некоторых были лопасти как у ветряной мельницы.

Проехав около десятка, мы остановились у кованых железных ворот, за которым виднелся особняк со множеством остроконечных башен. Когда экипаж подъехал к парадному входу, на крыльце в низком поклоне выстроилось более десятка оборотней. Господа вылезли из машины и слуги бросились вытаскивать вещи.

— Где Кити? — Спросила госпожа Солт, едва вышла из повозки.

— Молодая хозяйка в своей комнате, — ответила крольчиха с поклоном. — С госпожой Мастерсон.

Хм… Знакомые фамилии.

Дейзи поманила меня за собой, и я поплелась. В других обстоятельствах, я бы шла, весело помахивая хвостом, но сильно устала. И Задница болит.

Внутри всё в зефирно розовых тонах. Стены, мебель, даже лестница покрыты материалом, напоминающим вату. Само собой, розовую.