Читаем Рыцари веры полностью

- Извините, графиня, вы столько времени жили в моем доме и не знаете, что мы, дю Люк де Моверы, всегда так разговариваем со своими врагами?

- Как, граф! Вы меня называете своим врагом?

- Да, графиня, самым неумолимым врагом.

- Вы, конечно, шутите?

- Нисколько, графиня; вам стоит немножко подумать и вспомнить, и вы согласитесь со мной.

- Но если бы даже и так, чего я не допускаю, неужели я так опасна, что в моем присутствии надо надевать на себя целый арсенал?

-  О, вас лично я не остерегаюсь!…

- Так кого же?

- Убийц, которых вы спрятали, может быть, вот тут… в моем алькове.

-  О граф! Так оскорблять меня!

Граф повернулся и сделал шаг к постели.

- Куда вы идете, граф! - привстала она, будто намереваясь загородить ему дорогу.

- Куда я иду?.

- Да!… Куда вы идете?

- Удостовериться, точно ли вы одна здесь, графиня, и извиниться перед вами, если я ошибся.

- О, напрасно, граф! Вы только нанесете мне лишнее оскорбление, больше ничего! Разве я не давно привыкла к этому?

- О, пожалуйста, графиня, не будем лицемерить! Мы знаем друг друга хорошо. Я не стану удостоверяться, есть ли здесь кто-нибудь; я знаю теперь, что мне остается делать.

Графиня как-то странно посмотрела на него и, вдруг бросившись к его ногам, залилась слезами.

-  Да, Оливье! Это правда, в твоем алькове спрятаны люди!

- А! Видите, графиня, я знал, что вы наконец задумаете убить меня!

-  Оливье! - вскричала она с надрывом в голосе,- Как ты можешь это говорить? Я хотела убить тебя? Я, которая пришла тебя спасти!…

-  Вы лжете!

- Оливье, мужчина, оскорбляющий женщину,- подлец, тем более, если эта женщина была его любовницей!

-  Пожалуйста, без громких слов, графиня! Уж теперь-то вам не удастся провести меня.

- Оливье! Презирайте меня, я перенесу это без жалоб, только ради Бога, бегите, спасайтесь! Через час, может быть, будет поздно… все знают, что вы один из главных реформаторских вождей!

Граф с минуту смотрел на нее с холодным презрением.

- Вы все сказали, графиня?

- Все! - прошептала она сдавленным голосом.

-  Хорошо, теперь выслушайте меня; мне очень немного надо вам сказать.

- Говорите! - медленно произнесла она, встав с кресла и кинув на него змеиный взгляд.

- Графиня, есть женщины, которые так низко упали, что оскорблению не пробиться до них сквозь слой грязи, которым они покрыты… вы одна из таких женщин; я не могу оскорбить вас. Я все понимаю. Вам, неизвестно каким образом, удалось пробраться в мой альков, чтобы иметь удовольствие видеть, как меня зарежут на ваших глазах; вы слышали все, что здесь говорилось. Видя, что ваши замыслы открыты, вы хотели ускорить развязку и попытаться обмануть меня. Но, повторяю, вам больше это не удастся. Благодарите Бога, что вы женщина, иначе я воткнул бы вам нож в грудь! Ступайте отсюда!… Я вас выгоняю! - прибавил он, презрительно оттолкнув ее руку.

Графиня слушала его, бледная, дрожащая, неподвижная, как статуя. Почувствовав его прикосновение, она покачнулась, но сейчас же выпрямилась.

- А! Так-то! - пронзительно засмеялась она.- Так ты еще всего не знаешь! Да, я пришла убить тебя, но ты умрешь не сразу, а мучительной смертью, понемногу… Бессердечный, бесхарактерный глупец! Возле тебя были ангел и демон, и ты не сумел выбрать между ними! Пока ты будешь умирать, я расскажу тебе твою жизнь, которой ты не знаешь, укажу сокровища любви и преданности, которые ты безвозвратно потерял, чтобы сделаться добычей женщины, ненавидевшей, презиравшей тебя… Эй! Сюда!… Попробуй теперь защищаться!

Она вдруг с быстротой молнии обвила его за шею обеими руками, чтобы лишить свободы движений.

Но граф знал, с кем имел дело, и держался настороже. Быстро оттолкнув графиню, он отскочил назад.

На зов Дианы из алькова выскочило человек пятнадцать, вооруженных с головы до ног; они ожидали только ее приказания, чтобы броситься на графа.

В эту минуту дверь спальни открылась, и вошел Дубль-Эпе с рапирой в каждой руке и двумя пистолетами за поясом, а в другие двери просунулось хитрое лицо Клер-де-Люня, тоже хорошо вооруженного.

Мишель Ферре поспешно снял со стены рапиру и храбро встал возле графа.

Их было четверо против пятнадцати человек, но каждый из них стоил двоих. Из всего, что попало под руку, Клер-де-Люнь и Мишель Ферре устроили баррикаду,

- А капитан? - спросил граф у Дубль-Эпе.

-  Не беспокойтесь,-он не заставит себя ждать!

Все это произошло очень быстро.

-  Не троньте только этой женщины! - сказал граф.- Она мне принадлежит.

- Бейте их насмерть! - крикнула Диана и выстрелила в графа.

Но рука ее дрожала от злости, и пуля засела в потолке. Это послужило сигналом. Вслед раздалось разом восемь выстрелов и со стороны осажденных.

Несколько человек графини упало замертво. Осажденные со страхом увидели, что на место убитых явилось еще десять свежих человек; убийцы не могли все разом войти в комнату, и часть их спряталась на потайной лестнице.

- Вперед! - крикнул граф и со своими товарищами перепрыгнул через баррикаду.