Служанка лишь хмыкнула в ответ и снова принялась перекладывать одежду Люси.

Повернув дочь так, что теперь она полулежала на его груди, Джулиан повнимательнее рассмотрел выделенное помещение, восхищаясь его архитектурой и изысканностью мебели, несмотря на то что комната предназначалась для гостей.

— Прекрасная спальня, не так ли? — заметил он, не ожидая, впрочем, от няньки никакого ответа, поскольку та хранила молчание уже не меньше четверти часа, однако Маррин оставила свое занятие и оценивающе пробежала взглядом по комнате.

— Думаю, это помещение маловато. Леди Люси могла бы претендовать на что-нибудь более удобное, находясь под семейным кровом. — Маррин обернулась к Джулиану. — Как вы считаете, милорд, в этом доме есть кто-нибудь, годящийся на роль няньки?

— Едва ли, — пожал плечами Джулиан. — В замке Фолстоу нет младенцев уже много лет, насколько мне известно.

Засопев, нянька снова вернулась к привычной для нее домашней работе, вытаскивая свежее платье и длинный хлопковый подгузник, и, выложив их заранее на крышку сундука, подошла к креслу, на котором сидели Гриффин с Люси.

— В конце концов, это не важно. Выбрать подходящую комнату и отдать ее нам, разве на это нужно много времени? — Она протянула руки к девочке, и в тот же момент Джулиан почувствовал, что его колени стали влажными.

Вездесущая Маррин тут же выхватила у него ребенка и, прижав к себе, ласково прикоснулась указательным пальцем к носу Люси.

— Возможно, его светлость, — она покосилась на Гриффина, — когда-нибудь прикажет отделать для нас покои белоснежным мрамором. Вам бы понравилось, миледи Люси? А потом вы станете настоящей принцессой замка Фолстоу, — весело просюсюкала нянька. Пройдя обратно с ребенком на руках, она снова передала Люси отцу.

Джулиан слегка нахмурился: его несколько покоробила мысль, что Маррин уже подбирает апартаменты себе и его дочери. Нет, он вовсе не чувствовал, что король совершил ошибку, отправив его сюда. Если Гриффин прав в своих предположениях, основанных на исчерпывающем расследовании дела Амиции Фокс и ее семейства, то без лишней скромности он может считать себя вершителем правосудия, искореняющим зло, выявляющим ложь и измену!

Но с другой стороны, ему придется выселить женщину из собственного дома, хотя она сама не совершила ничего противозаконного! Женщину, которая правила замком с умением и отвагой, каким бы позавидовало большинство мужчин. Женщину, которая даже сейчас вела себя, отстаивая собственные права, как воительница, как мудрый монарх и даже как колдунья.

Гриффину, как никому, было известно, что ни одна война не обходится без жертв и во имя благих целей подчас жестоко уничтожаются невинные души. Закон есть закон! Он, Джулиан, должник Эдуарда и обязан платить по счетам.

В конце концов, Люси достойна такого дома, как Фолстоу, это лучшее, что он когда-либо сможет ей дать. О какой-то пылкой и романтической любви к Кейтлин не могло идти и речи, женитьба на ней была лишь формальностью. Однако этому чувству предстояло расцвести стократно нежным и пышным цветом ради Люси Гриффин, составляющей основу мироздания и смысл жизни.

Джулиан поднялся с кресла, предоставив няньке право взять ребенка на руки, и в твердом желании отобедать направился прямиком в главный зал. Гриффин нисколько не сомневался, что за остаток этого дня не удостоится даже мимолетного взгляда Сибиллы Фокс, и это, как находил сам Джулиан, нисколько не должно было его расстроить.

Предстояли неотложные дела: переговорить со священником и отправить депешу на север…

Глава 8

Сибилла была не только удивлена, но в какой-то мере даже почувствовала замешательство, когда повстречала Гриффина вечером на конюшне. Сразу после обеда она действительно послала ему приглашение прокатиться на лошадях и, разумеется, ожидала увидеть его сидящим верхом на лошади во дворе замка. Однако Джулиан изволил появиться на четверть часа позже назначенного времени, да еще под руку со священником Фолстоу — отцом Перри, — при этом они широко улыбались друг другу и оживленно беседовали о чем-то.

— О, вы уже пришли, — радостно приветствовал ее Джулиан, подняв рыжие брови, — надеюсь, я не опоздал, не так ли?

— Вовсе нет, — ответила Сибилла. — Однако если вы столь увлечены другими делами в моем доме (слово «моем» она умышленно произнесла подчеркнуто), я не решаюсь помешать такими приземленными развлечениями, как прогулка по землям Фолстоу.

— Нет-нет, поверьте! — живо откликнулся Джулиан с гримасой искреннего сожаления. — Боюсь, я просто так увлекся беседой с вашим добрым святым отцом, что позабыл о времени. Клянусь, я мечтаю о конной прогулке вместе с вами.

Теперь уж сама леди Фокс была бы не прочь найти повод отказаться от экскурсии, ею самой же и назначенной. Она вдруг разнервничалась, ощутив столь несвойственное ей чувство робости, но выбора не было.

— Ваша лошадь оседлана и ждет вас. Хотя мы и не успеем осмотреть все земли, мы все равно можем опоздать к ужину, поэтому я приказала приготовить дорожные сумки с едой.

По лицу Джулиана Гриффина пробежала легкая удивленная улыбка: