Читаем Рыцарь полностью

Процессия почти прибыла на место. Оставалось пересечь широкий двор. Капитан поколебался, но напомнил себе, что это самый короткий путь. Он знаком велел солдатам следовать за ним и первым вышел наружу.

Заключенный ждал именно этого мгновения.

Сгорбившись под порывами ветра и струями дождя, солдаты, которые вели узника, думали только о том, чтобы как можно быстрее пройти через двор. Внезапно узник резко двинул плечами и высвободился. Он не стал терять ни секунды. Толкнув локтем первого солдата, он повернулся и ударил коленом в пах второго. Тот охнул и, согнувшись пополам, осел наземь. Первый солдат, ошеломленный ударом, не успел опомниться. С невероятной силой и ловкостью узник сшиб его с ног, и солдат упал лицом вниз. В ту же секунду узник выхватил шпагу солдата из ножен и хотел пригвоздить противника к земле, как вдруг капитан воскликнул:

— Нет!

Узник застыл на месте, и в этот момент вспыхнула очередная молния. Он повернул безумный взгляд в сторону капитана.

— Нет, рыцарь. Не делайте этого… Прошу вас.

Не обращая внимания на струи воды, которые хлестали по его щекам, узник уставился на капитана: казалось, он испытывает любопытство и нерешительность, точно те слова, которые он услышал, были незнакомы ему и в то же время странно понятны. Новая молния распорола ночную тьму, залила алым светом двор и фигуры солдат, которые молча ждали, сжимая в руках шпаги.

Узник вздрогнул.

— Рыцарь! — позвал капитан.

Напрасно.

Тот уже мчался по лестнице.

Мир превратился в кошмар. Царство наваждений и стонов.

Узник бежал.

Ослепленный молниями, оглушенный раскатами грома, он не понимал, куда несется. Здесь все было враждебно ему. На небе разверзались пропасти, которые хотели поглотить его. Ветер разносил по воздуху стоны и смех окаянных душ. Молнии с треском падали на землю и гнались за ним по пятам.

Босой, промокший до нитки в своей рваной одежде, узник не чувствовал холода. Он думал только о том, чтобы убежать, любой ценой убежать из этого серого каменного лабиринта и от людей, которые преследовали его. Он не знал, чего они хотят. Но ему было известно, что никто никогда не покидал стен Далрота, и он был готов умереть, лишь бы не возвращаться в ад своего карцера.

В крепости подняли тревогу. Крики, приказы, призывы раздавались отовсюду, заглушаемые раскатами грома. Наверху лестницы узник замер, увидев троих солдат, которые приближались к нему. Они тоже заметили его и перешли с бега на осторожный шаг.

Он наблюдал за ними.

Один из солдат остановился в стороне от двух других и крикнул через плечо:

— Здесь! Здесь!

Ему ответили другие голоса. Некоторые прозвучали совсем близко.

Узник обвел взглядом троих вооруженных людей. Он все еще медлил, когда вспыхнула молния и резко осветила их лица, по которым стекали капли дождя.

Узник бросился в атаку.

Он ударил первого солдата шпагой в плечо, развернулся и всадил окровавленный клинок в живот второму. Третий солдат с криком бросился на него. Но узник без труда нанес противнику два мощных удара.

Другие стражники уже спешили сюда.

Узник вытащил шпагу и побежал все выше по лестницам Далрота. Он думал, что оторвался от своих преследователей, как вдруг на углу столкнулся с дозорными, которые двигались ему навстречу. Он тотчас развернулся, рискуя попасть прямо в руки тем, от кого только что ускользнул. Тем, кто вот-вот должен был прибыть сюда. Преследуемый солдатами, запыхавшийся беглец свернул в другую сторону в тот самый момент, когда дозорные были уже совсем недалеко.

Тиски смыкались.

Узник взбирался по ступеням галерей, поднимаясь к верхней точке Далрота. Краем глаза он видел искривленные тени солдат, которые возникали на сырых стенах крепости при каждой вспышке молнии. Он был дичью, и свора настигала его.

На пределе сил он взбежал на последний пролет лестницы и направился к крепостной стене. Внезапный порыв ветра едва не свалил его с ног. Завывания ветра оглушали, на голову обрушивались потоки дождя. Разгоряченное небо, казалось, было так близко, что до него можно дотронуться рукой.

Узник непроизвольно втянул голову в плечи и стал искать выход. Солдаты приближались к нему с обеих сторон по дозорным галереям, поднимались по лестнице, которую он только что оставил позади. За его спиной была пустота, и далеко-далеко внизу темнели скалы, о которые разбивались яростные воды моря Теней.

Солдаты осторожно занимали боевые позиции.

Оказавшись в тупике, узник смотрел на противников взглядом загнанного зверя. Тревожное дыхание вздымало его грудь под промокшей рубашкой. Ладони крепко сжимали рукоять шпаги.

Круг замыкался.

Один солдат выдвинулся в его сторону, и узник сделал вид, будто собирается атаковать его. Солдат тотчас отступил, а узник, пятясь, отошел к зубцам крепостной стены, чтобы его не смогли взять в окружение.

Он ждал.