Первым, кто не захотел покориться этой церемонии и посмеявшийся над ее бессмысленными обрядами, был русский посол князь Репнин, посланный Екатериной II после Кючук-Кайнарджийского мирного договора ко двору турецкого султана. Он не позволил при входе в Серайский двор снять с себя оружие, несмотря на недовольство придворных и янычар, и пригрозил в противном случае вообще отказаться от аудиенции. Турки пошли на уступки, однако заставили Репнина ожидать аудиенции больше положенного срока. Русский посол в ответ решил проучить наглых османов и, сославшись на нездоровье (несварение желудка после обильного султанского обеда), действительно увернулся в тот раз от аудиенции. После этого взбешенный султан должен был покорно ждать в своем дворце, когда русский посланник соизволит почтить его своим присутствием… Кстати, следуя примеру Репнина, стали проявлять независимость и другие иностранные дипломаты в Константинополе, в частности французский посланник Обер-дю-Байе, проявивший стойкость и решительность в отношении требований варварского этикета султанского двора. Вследствие многочисленных протестов европейских посланников Порта пошла на уступки.

Храбрые русские послы не только четко справлялись с заданиями своих государей, но делали это с чувством собственного достоинства, никогда не забывая о том, что они представляют великую и гордую страну Россию.

Как граф А.Г. Орлов покорил Стамбул

Поручение императрицы Екатерины II, — «поймать всклепавшую на себя имя во что бы то ни стало» — Алексей Орлов тоже выполнил блестяще: заманил самозванку к себе на корабль и отправил в Петербург. Новоявленная претендентка на русский престол умерла спустя короткое время в Петропавловской крепости якобы от чахотки.

Граф Алексей Григорьевич Орлов был одним из пяти братьев Орловых, оказавших неоценимые услуги и поддержку Екатерине II при восшествии ее на престол. Считается, что именно за это в знак благодарности все они были впоследствии обласканы императрицей. Алексей Орлов получил генеральское звание, ему были пожалованы орден Александра Невского, орден Андрея Первозванного, в его собственность были переданы обширные земли и поместья. В Чесменском сражении он принимал участие уже в чине адмирала русского флота, удостоился чести получить орден Георгия Победоносца — георгиевский крест первой степени, к его имени прибавилась почетная приставка «Чесменский». На родине даже медаль изготовили с его изображением. Однако, совершенно очевидно, независимо от благосклонного отношения императрицы, Алексей Орлов, как человек недюжинных талантов и способностей, отважный воин и флотоводец, был достоин всех этих наград и почестей.

После чесменской победы, разгрома турок у острова Патрас, у крепости Дамиетта граф Орлов приобрел популярность также в балканских странах, Италии, на островах Греческого архипелага. Здесь сказались, помимо таланта флотоводца, его незаурядные способности как политика-стратега. Корабли русской флотилии свободно ходили в водах архипелага, устрашая турок и внушая надежду христианам вассальных стран на скорейшее избавление от османского ига. Агенты адмирала Орлова проникли в Италию, на Балканы, в Грецию, Турцию.

Под пристальным вниманием Орлова-политика находился в первую очередь Константинополь. Стамбул замер в ожидании штурма, когда русские корабли блокировали Дарданеллы. Жители турецкой столицы готовились к эвакуации, распространялась паника: все готовились к оккупации, голоду, карательным операциям победителей. Испугались и османские власти, начали лихорадочно подыскивать посредников для мирных переговоров с Россией о прекращении войны. Имя графа-флотоводца произносилось в Стамбуле со страхом, но в то же время с почтением к его личности: все были наслышаны о человечном отношении адмирала к пленным туркам.

Хотя русская армия по условиям мирного соглашения отвела войска от стен Константинополя, Алексей Орлов в том бою одержал единоличную победу. Так он покорил Стамбул: своей силой, талантом полководца и политика. Могучий дух Орлова — воина-защитника своего Отечества — надолго поселился в Константинополе, а упоминание его имени заставляло трепетать сердца напуганных столичных жителей.

Переплетение судеб

Так судьбе было угодно распорядиться, что со Стамбулом переплелась судьба еще одного представителя рода Орловых.

В знаменитом Чесменском сражении вместе с адмиралом графом Алексеем Орловым принимал участие его брат Федор, у которого в 1786 году на свет появился незаконнорожденный ребенок. Отец, возможно, в честь брата назвал сына Алексеем. Помня заслуги братьев Орловых, императрица Екатерина II перед смертью успела распространить свою вечную благодарность даже на незаконнорожденных потомков своих фаворитов: она милостиво разрешила Алексею Федоровичу носить фамилию отца и пожаловала ему дворянский титул.

^{А. Ф. Орлов}