Читаем Русский романс полностью

В полдневный жар в долине ДагестанаС свинцом в груди лежал недвижим я;Глубокая еще дымилась рана,По капле кровь точилася моя.Лежал один я на песке долины;Уступы скал теснилися кругом,И солнце жгло их желтые вершиныИ жгло меня — но спал я мертвым сном.И снился мне сияющий огнямиВечерний пир в родимой стороне.Меж юных жен, увенчанных цветами,Шел разговор веселый обо мне.Но в разговор веселый не вступая,Сидела там задумчиво одна,И в грустный сон душа ее младаяБог знает чем была погружена;И снилась ей долина Дагестана;Знакомый труп лежал в долине той;В его груди, дымясь, чернела рана,И кровь лилась хладеющей струей.1841

231. «Нет, не тебя так пылко я люблю…»[241]

1

Нет, не тебя так пылко я люблю.Не для меня красы твоей блистанье:Люблю в тебе я прошлое страданьеИ молодость погибшую мою.

2

Когда порой я на тебя смотрю,В твои глаза вникая долгим взором:Таинственным я занят разговором,Но не с тобой я сердцем говорю.

3

Я говорю с подругой юных дней[242];В твоих чертах ищу черты другие;В устах живых уста давно немые,В глазах огонь угаснувших очей.1841

232. «На севере диком стоит одиноко…»[243]

На севере диком стоит одиноко        На голой вершине соснаИ дремлет качаясь, и снегом сыпучим        Одета, как ризой, она.И снится ей всё, что в пустыне далекой —        В том крае, где солнца восход,Одна и грустна на утесе горючем        Прекрасная пальма растет.1841

233. Любовь мертвеца[244]

Пускай холодною землею        Засыпан я,О друг! всегда, везде с тобою        Душа моя.Любви безумного томленья,        Жилец могил,В стране покоя и забвенья        Я не забыл.

*

Без страха в час последней муки        Покинув свет,Отрады ждал я от разлуки —        Разлуки нет.Я видел прелесть бестелесных        И тосковал,Что образ твой в чертах небесных        Не узнавал.

*

Что мне сиянье божьей власти        И рай святой?Я перенес земные страсти        Туда с собой.Ласкаю я мечту родную        Везде одну;Желаю, плачу и ревную,        Как в старину.

*

Коснется ль чуждое дыханье        Твоих ланит,Моя душа в немом страданье        Вся задрожит.Случится ль, шепчешь засыпая        Ты о другом,Твои слова текут пылая        По мне огнем.

*

Ты не должна любить другого,        Нет, не должна,Ты мертвецу, святыней слова,        Обручена.Увы, твой страх, твои моленья        К чему оне?Ты знаешь, мира и забвенья        Не надо мне!1841

234. Утес («Ночевала тучка золотая…»)[245]

Ночевала тучка золотаяНа груди утеса-великана;Утром в путь она умчалась рано,По лазури весело играя;Но остался влажный след в морщинеСтарого утеса. ОдинокоОн стоит, задумался глубоко,И тихонько плачет он в пустыне.1841

235. Казачья колыбельная песня[246]

Перейти на страницу:

Похожие книги

Сонеты 97, 73, 75 Уильям Шекспир, — лит. перевод Свами Ранинанда
Сонеты 97, 73, 75 Уильям Шекспир, — лит. перевод Свами Ранинанда

Сонет 97 — один из 154-х сонетов, написанных английским драматургом и поэтом Уильямом Шекспиром. Этот сонет входит в последовательность «Прекрасная молодёжь», где поэт выражает свою приверженность любви и дружбы к адресату сонета, юному другу. В сонете 97 и 73, наряду с сонетами 33—35, в том числе сонете 5 поэт использовал описание природы во всех её проявлениях через ассоциативные образы и символы, таким образом, он передал свои чувства, глубочайшие переживания, которые он испытывал во время разлуки с юношей, адресатом последовательности сонетов «Прекрасная молодёжь», «Fair Youth» (1—126).    При внимательном прочтении сонета 95 мог бы показаться странным тот факт, что повествующий бард чрезмерно озабочен проблемой репутации юноши, адресата сонета. Однако, несмотря на это, «молодой человек», определённо страдающий «нарциссизмом» неоднократно подставлял и ставил барда на грань «публичного скандала», пренебрегая его отеческими чувствами.  В тоже время строки 4-6 сонета 96: «Thou makst faults graces, that to thee resort: as on the finger of a throned Queene, the basest Iewell will be well esteem'd», «Тобой делаются ошибки милостями, к каким прибегаешь — ты: как на пальце, восседающей на троне Королевы, самые низменные из них будут высоко уважаемыми (зная)»  буквально подсказывают об очевидной опеке юного Саутгемптона самой королевой. Но эта протекция не ограничивалась только покровительством, как фаворита из круга придворных, описанного в сонете 25. Скорее всего, это было покровительство и забота  об очень близком человеке, что несмотря на чрезмерную засекреченность, указывало на кровную связь. «Персонализированная природа во всех её проявлениях, благодаря новаторскому перу Уильяма Шекспира стала использоваться в английской поэзии для отражения человеческих чувств и переживаний, вследствие чего превратилась в неистощимый источник вдохновения для нескольких поколений поэтов и драматургов» 2023 © Свами Ранинанда.  

Автор Неизвестeн

Литературоведение / Поэзия / Лирика / Зарубежная поэзия