Читаем Русские полностью

Я не имел ни малейшего понятия о том, сколько темноволосая женщина получила за свой «Москвич», но, расспросив о ценах на другие машины, я составил себе некоторое представление. За «Форд Фэрлейн» и «Мерседес Бенц» просили по 20 тыс. рублей (26600 долларов), несмотря на пройденный ими большой километраж. Но еще сильнее поразило меня то, что никто и глазом не моргнул, когда хорошо одетая пара, появившаяся на площадке в новом белом седане «Жигули-3» с еще неснятой защитной пластиковой пленкой внутри и всего 493 км на спидометре, попросила за свою машину 12 тыс. рублей (на 4500 рублей больше стоимости новой машины). Я знал одного ученого-гуманитария, получившего за свою старую «Волгу», прошедшую 80 тыс. км, 12 тыс. рублей, хотя новая она стоила ему в свое время 5500 рублей. Два брата-мусульманина из Азербайджана, которые рассчитывали использовать машину для каких-то своих левых деловых поездок, так обрадовались возможности купить машину, что готовы были заплатить за нее любые деньги.

«Они совершенно потеряли голову от возбуждения, — вспоминал мой приятель, — даже не заглянули под машину и ничего не стали проверять. В течение трех минут они купили старую машину, заплатив за нее стоимость двух новых «Кадиллаков», ни разу не сев за руль, не испытав машину. Они едва говорили и понимали по-русски. Купив машину, один из них попросил меня: «Пожалуйста, довезите нас до гостиницы. У меня есть водительские права, но я боюсь вести машину в Москве». Мой друг оказал им эту услугу.

Так же, как и рынок подержанных автомобилей, переходной от «серого» к черному рынку и широко распространенной областью советской контр-экономики является совместительство. Официально русские имеют право, не нарушая закона, выполнять частным образом переводы, машинописные работы, давать частные уроки или сдавать комнату отпускникам либо временным жильцам при определенных ограничениях (умеренные цены, незначительные масштабы) и при условии уплаты соответствующего подоходного налога. Однако на практике эти ограничения давно не соблюдаются, и размер получаемых доходов просто удивителен. Один московский инженер рассказывал мне о своей соседке, преподавательнице языка, которая, получая в институте, где она работала, 110 рублей в месяц, могла заработать еще 500–600 рублей в месяц, натаскивая учеников средней школы перед сдачей вступительных экзаменов в институт. Объявления, вывешенные по всей Москве на специально предназначенных для этого досках, свидетельствуют о масштабах деятельности частного сектора в области обучения. Рассказывали даже о предприимчивом преподавателе, занимавшем хорошее положение в одном учебном заведении и умеющем так себя рекламировать, что прямо на собрании, где присутствовало 500 абитуриентов, он, рассказав о своей частной преподавательской практике, тут же договорился о частных уроках на сумму 4000 рублей. Родители, оплачивающие такие уроки, говорят, что эти преподаватели хороши тем, что в первую очередь стремятся получить результаты, а не отбарабанить скучную обязательную программу, как это делают учителя в советских школах. «Мы учим их тому, что не преподается в школе, — думать», — хвастался один из них.

Появление частных автомобилей, так же, как и растущие стремления людей среднего класса, имеющих некоторые сбережения, протолкнуть своих детей в высшие учебные заведения в условиях жесткого конкурса, послужили серьезным стимулом для развития другой сферы незаконных услуг. Рассказывают бесконечные истории о шоферах такси (или государственных машин), ворующих бензин и запчасти для продажи. Мне, например, рассказали об одном автомеханике (а квалифицированный механик всегда нарасхват), который на ремонте автомобилей частным образом зарабатывал обычно по меньшей мере 700–800 рублей в месяц дополнительно к своей зарплате в 200 рублей. «Он зарабатывал столько, что смог нанять частных учителей для подготовки обоих своих сыновей к вступительным экзаменам в университет, — говорил мне один инженер. — Одному мальчику потребовались уроки по трем предметам — математике, физике и английскому языку. Такие частные уроки в течение нескольких месяцев стоят очень больших денег. И подготовка только одного сына обошлась этому механику больше чем в 1000 рублей. Но он достаточно заработал налево, чтобы позволить себе это».