Читаем Русские полностью

«Это неважно, — успокоил меня Андрей. — Для меня гораздо важнее, чтобы эта женщина получила билеты в подарок. Вы знаете кто это? Она для нас важнее правительства. Она — директор одного из самых больших московских продовольственных магазинов и посылает нам самые лучшие продукты. Все, что мы ели сегодня за ужином, все эти закуски, которые невозможно достать, мы получили от нее. Причем за все это вы не можете просто переплатить. Эта женщина страшно богата; деньги, и немалые, она получает от многих. Ей они больше не нужны, но она страстная любительница хоккея. А на эту игру ей удалось достать только один билет, который она отдала мужу. Но ей нужны еще два, потому что она хочет пойти на стадион со своим любовником. Так что, отдав ей эти два билета, я сделаю большое дело. Это важнее денег. Большое вам спасибо». Когда Андрей говорил по-английски, он особо подчеркивал слово «большой» и тянул его так, что получалось «боооольшое спасибо», «боооольшое дело».

Порой не самые высокопоставленные чиновники, а очень скромные работники в состоянии оказать самую большую услугу. Так, в середине зимы, когда с московских столов исчезают свежие фрукты, Ирина, журналистка с телевидения, подала во время нашей беседы у нее на кухне блюдо с несколькими чуть помятыми яблоками и виноградом. В ответ на мое удивление она сказала, что у нее установились хорошие отношения с чудаковатым пареньком по имени Саша, работающим грузчиком в магазине «Овощи — фрукты», находящемся поблизости. На такую работу, как объяснила Ирина, немного желающих, поэтому администрация готова принять любого, кто на нее согласится. В этом магазине принят такой метод: большое количество поставляемых фруктов списывается как помятые или порченые, независимо от того, в каком они состоянии на самом деле. А Саша продает эти фрукты частным образом своим постоянным покупателям, живущим поблизости, по стандартной цене плюс один рубль.

«Рубль и половину цены за виноград он берет себе, — рассказывала Ирина, — а заведующий магазином получает вторую половину».

Некоторое представление о размахе недозволенной торговли в Советском Союзе я получил уже в первые месяцы своего пребывания в России. Этому помогло несколько встреч. Так, в Баку я встретил молодого шофера такси, который рассказал мне, что, заплатив 500 рублей (667 долларов) милиции в своей деревне, он получил разрешение занять участок и построить себе на этом участке дом, а за то, чтобы получить работу шофером такси в Баку, ему пришлось заплатить 400 рублей (533 доллара). Разговорившись с одним рабочим, я узнал, что за операцию, которую ему пришлось перенести после падения в шахту подъемника, он заплатил хирургу в государственной больнице 50 рублей (66 долларов), а жене шофера, с которым я как-то познакомился, коронки на три зуба обошлись в 150 рублей. В магазине музыкальных инструментов в Ереване один из продавцов шепнул мне, что если я готов переплатить 50 рублей сверх твердой цены, он предложит мне импортный аккордеон, который лучше, чем любой из тех, что выставлены в магазине. Мне рассказали о взятке в 13 тыс. рублей, заплаченной в Тбилиси за поступление в медицинский институт. В поезде директор одного совхоза изложил мне точные расчеты (в рублях и копейках) по разведению, откорму, забою и продаже собственного овечьего стада (намного превышающего по размерам законную норму).

Однако больше всего поразил меня случай с одним инженером большого автомобильного завода. Этот инженер утянул со своего завода столько деталей, что смог построить себе из них целый жилой автоприцеп, представляющий в России неслыханную, да и практически несуществующую роскошь. Лысеющий лингвист, лично знакомый с этим инженером, рассказал мне, что тот собрал свой автоприцеп по частям прямо на территории московского завода ЗИЛ, выпускающего роскошные лимузины для членов Политбюро. Вероятно, в этой авантюре участвовали и другие; может быть, они думали, что автоприцеп строится для какого-нибудь важного начальника и помалкивали из осторожности. Так или иначе, все осталось шито-крыто, хотя и не обошлось без трудностей.

«Несколько недель тому назад я говорил с ним, — рассказывал лингвист, — он нервничал из-за того, что не знал, как вывезти свой автоприцеп с территории завода (дело в том, что на каждом заводе имеется охрана для предотвращения хищений государственной собственности). Инженер беспокоился, что не сможет найти вахтера, которому можно будет сунуть взятку за то, чтобы он выпустил его с завода вместе с автоприцепом. Но через пару недель я снова с ним виделся, и он сказал, что автоприцеп уже стоит у него на даче. Нашел, значит, нужного парня».