Читаем Русские полностью

В 1973 г. руководители Камской стройки в беседе с американскими журналистами жаловались на то, что американская фирма Суинделл-Дресслер, которая получила заказ на поставку оборудования для литейного завода, не укладывалась в график поставок и, таким образом, срывала весь план. Через несколько месяцев сотрудники этой фирмы сообщили мне в частном разговоре, что задержка произошла по вине советских инженеров, которые, будучи воспитанными в атмосфере секретности, отказывались предоставить американцам технические данные советского оборудования, совместно с которым должно было работать американское. Без этих данных невозможно было разработать технический проект. Другой причиной задержки, как рассказывали работники фирмы, была ужасная проволочка, вызванная затянувшимися препирательствами советских агентств с западными поставщиками из-за цен. И пока советские покупатели собирались принять решение, с техническими проектами нужно было обождать.

Быстрота выполнения работ советскими строителями, как правило, достигается за счет пренебрежения качеством. Виктор Перстев, опытный инженер-строитель, с красным обветренным лицом, один из руководителей камской стройки, и инженеры его типа любят похвастать, что советские строительные бригады могут за месяц возвести 14-этажный жилой дом (на 300 квартир). Издали эти дома выглядят довольно прилично, но при ближайшем рассмотрении оказывается, что они так же быстро разрушаются, как и почти все советские постройки, и разваливаются вскоре после заселения. Полы в квартирах неровные, окна и стены потрескавшиеся, водопроводная арматура в кухне и ванной грубая, соединена плохо. В общем, как и почти повсюду, качество работы очень низкое. Когда американский корреспондент спросил у одного русского, почему все делается так скверно, тот пожал плечами: «Это все ничье, поэтому никому и дела нет».

Короче говоря, механическая советская система экономического планирования, по-видимому, никак не вяжется с русским национальным характером. В свободном мире русские считаются дисциплинированными из-за их кажущейся покорности начальству, но это навязанная извне дисциплина. Предоставленные самим себе русские обычно беспечны, беспорядочны, приятно неорганизованны и не очень деятельны; это — люди, мало знакомые с понятием «эффективность» (знаменательно, что в русском языке даже не было слова для обозначения этого понятия и пришлось его заимствовать из английского). Как рассказывали мне московские друзья, обычное советское учреждение, нечасто посещаемое иностранными гостями, представляет собой перенаселенное помещение, в котором не хватает рабочих столов, везде царит беспорядок и обязательно имеется небольшой уголок пропаганды. На заводах, которые мне показывали, как правило, был порядок, хотя меня поражал страшный грохот машин и почти полное отсутствие признаков соблюдения техники безопасности. Но мои советские друзья утверждали, что и эти заводы — показуха, и что обычный советский завод — сущий бордель, как выражались многие.

Кроме того, иностранец может осмотреть множество заводов, глазея на станки, и так и не узнать, что такое «штурмовщина», не понять, что чувство времени у русских весьма расплывчато или не существует вовсе (это и очаровательно, и одновременно грустно). Оно очень мало напоминает чувство времени в коммерческом обществе. Многие туристы узнают, к своему ужасу, что только для того, чтобы заказать обед в ресторане, может потребоваться час или больше. Пресс-конференция, рассчитанная на час, начинается почти с часовым опозданием и продолжается на два часа дольше; краткий ответ может занять 45 минут; десятиминутный визит к друзьям неизменно затягивается на 3 или 4 часа (привычка засиживаться далеко за полночь — один из самых привлекательных пороков русских); работа, которую можно сделать за неделю, занимает три; если ломаются лифты, они стоят по две недели и больше; вообще любой ремонт длится непредсказуемое время; графики строительства по всей стране выполняются с опозданием на годы. Русских буквально отталкивает нетерпеливость иностранцев, особенно американцев, которые просто на стены лезут от досады на отсутствие пунктуальности в русской жизни с ее бессмысленными потерями времени. Простодушный иностранец, считающий Советский Союз передовой страной, бывает часто ошарашен, впервые столкнувшись с чрезвычайно медленными темпами решения большинства коммерческих вопросов, как это свойственно слаборазвитым странам. Требуется немало времени, чтобы понять, что выражение «скоро будет» в действительности соответствует испанскому mañana[51], растянутому до бесконечности. Ибо оттягивание времени — существенная черта русских. Может быть, в этом — основная причина появления бесконечных лозунгов, призывающих выполнить план вовремя.