Читаем Русь Татарская полностью

Попробуем немного разобраться с происхождением казаков. Для начала посмотрим, есть ли основания утверждать, что в процессе формирования казачества сыграли определенную роль половцы?

Прежде всего, мы должны повторить, что моголы, пришедшие в Дешт-и Хазар в XIII веке, не изменили, да и не могли изменить здесь этнической и тем более антропологической ситуации, вследствие своей крайней малочисленности. Очевидно, что основу раннего золотоордынского войска составили половцы и русские рекруты, набранные в 1237–1238 гг. Затем Орда набирала войска опять же из русских княжеств, а также от алан, булгар, кипчаков, мордвы, мадьяр, населения Крыма. Авторами XIII века, к примеру Рубруком, упоминаются ордынские бойцы из Грузии (георгианы) и Армении. Таким образом, термин татары, применяемый русскими летописцами, не имел этнического содержания. На каком языке общались между собой все эти представители славянских, тюркских, угорских, финских, картвельских и пр. народностей? Скорее всего, в те времена интернациональным языком общения данных народов являлся древнерусский.

Известия авторов XIII века о чуть ли не поголовном уничтожении половцев относятся скорее к куманам, западной группировке южнорусских кочевников, которая спаслась от полного уничтожения бегством в Венгрию. Кстати сказать, население южнорусских степей было весьма неоднородным в этническом смысле. По словам известного историка А.Л. Никитина, «явление, которое отмечено в русских летописях этнонимом «половцы», на самом деле представляло собой сложный и весьма пестрый конгломерат степных народов, у каждого из которых был свой язык, свой облик, свои верования, обряды и традиции»[85]. Восточные половцы (шары-кипчаки), очевидно, не подверглись широким репрессиям, и именно они оказались подчинены власти моголов.

После событий 1237–1238 гг. известия о половцах в русских летописях практически не встречаются, однако это не означает, что прежнее население южнорусских степей куда-то исчезло. Так, в сообщении Типографской летописи от 6887 (1379) в рассказе о странствии Митяя говорится: «И проидоша всю землю Рязанскоую и приидоша в места Половечскаа (выделено мной. – К.П.), въ пределы Татарскиа».

Сообщение Типографской летописи о Куликовской битве начинается следующим образом: «В лето 6888 (1380)… Поиде Ординскый князь Мамай съ единомысленикы своими, съ всеми князи Ординскими и съ своею силою Татарскою и Половедскою, еще же к тому понаймовавъ рати Бесермены и Армены, Фрязы и Черкасы и Боуртасы, с нимъ же вкупе въ единомыслии князь великий Литовский Ягайло Олгердовичь съ своею силою Литовскою и Лятскою, с ним же въ единачестве и князь Олегъ Ивановичь Рязанский, – и съ всеми съветникы окаанный Мамай и поиде на великого князя Дмитреа Ивановича».

Через два года половцы упоминаются вновь в рассказе «О Московскомъ взятии отъ царя Тахтамыша»: «В лето 6890 (1382)… И пакы възлязящи на градъ и пиани соуще шатахуся и роугающеся Татаромъ образомъ безстоуднымъ, досаждающе и словеса износяще исполнь оукоризны и хоулы кидаху на ня, мняхуть, яко толко силы Татарскиа. Татарове же прямо к нимъ на градъ голыми саблями своими машуще, образомъ аки тинахоу, накивающе издалеча. И в тый день к вечероу те Половци отстоупиша отъ града. Наоутреи же самъ царь приступиша съ всею силою своею подъ городъ, гражане же оуспевше с города силоу велику и оужасошяся зело».

Таким образом, в XIV веке половцы или те, кого русские летописцы принимали за половцев, были вполне здравы и участвовали в политической жизни России. Что касается татар, то собирательное значение этого термина подтверждает в XVI веке Сигизмунд Герберштейн: «Если кто пожелает описать татар, тому придется описать множество племен (НГ обычаи, образ жизни и устройство земли многих народов), ибо это (НГ общее) имя они носят только по их вере, сами же суть различные племена, далеко отстоящие друг от друга»[86]. (НГ – добавления немецкой редакции).

Типографской летописью, в сообщении от 1380 года, в войске Мамая упоминаются черкасы. Историки Н. Карамзин и М. Погодин именно от них выводили происхождение казаков. Здесь следует отметить, что Рашид-ад-Дин, эль-Омари и Шереф-ад-Дин, говоря о национальном составе войска Орды, упоминали черкесов. М. Меховский о черкесах в начале XVI века пишет следующее: «Дальше к югу есть еще кое-какие остатки черкесов (Circassorum). Это весьма дикий и воинственный народ, по происхождению и языку – русские»[87]. Сигизмунд Герберштейн свидетельствовал в свое время: «Славянский язык, ныне искаженно именуемый склавонским (Sclavonica), распространен весьма широко: на нем говорят… русские, властвующие над обширными территориями, и черкесы-пятигорцы (Circasi-Quinquemontani, Circassen in fuenf pergen) у Понта»[88].