Читаем Румпельштильцхен полностью

— Так вы хотели узнать о контракте Викки?

— Это вам Эйб сказал?

— Он, можно сказать, перехватил меня на лету. А что, разве речь пойдет о чем-то другом?

— На самом же деле я хочу узнать, не оставила ли Викки перед смертью завещания. Кстати, мисс или миссис?

— Извините, что? — переспросила она.

— Я о вашем семейном положении.

— Госпожа, — сказала она, многозначительно улыбаясь, — но я не замужем, нет.

— Тогда может быть вы позволите мне пригласить вас сегодня вечером? — спросил я.

— Что, извините? — снова переспросила она.

— Ужин, — уточнил я. — Сегодня вечером. Со мной. Адвокатом Хоупом.

— Да, — согласилась Дейл, и в голосе ее слышалось удивление.

— Ну надо же! — я был удивлен не меньше.

В Калусе явно очень мало так называемых „уединенных“ ресторанов; обычно в многочисленных разного рода забегаловках и закусочных, расположенных здесь, тарелки расставляются прямо на голом столе, а салфетки в подобных заведениях существуют лишь в одной разновидности — в бумажной. Ресторанчик „Билли Банджо“ был примечательным исключением из этого правила. Расположен он был на берегу морского залива за зданием фешенебельного отеля „Трезубец“, что на 41-м шоссе. Это было длинное приземистое и очень элегантно-современное сооружение из дерева и стекла, выстроенное вдоль взморья, откуда открывался поистине замечательный вид на поднимавшиеся из воды рифы Фламинго, Люси и Стоун-Крэб. Конечно кухня заведения не могла соперничать по изысканности с уровнем „Зимнего сада“, но зато столы в „Билли Банджо“ всегда были застелены красивыми узорчатыми скатертями, были там также и соответствующие салфетки, и начищенные до блеска серебряные приборы, и фужеры, сверкающие в мерцании оплывающих свечей.

Днем Дейл сказала мне, что по крайней мере она не составляла завещания для Викки, и что она вообще не имеет понятия, существует ли таковое вообще. Оба мы догадывались о том, что если в Калусе и был адвокат, который имел какое-либо отношение к данному завещанию, то о нем очень скоро будет объявлено в суде, занимающемся слушанием дел подобного рода. Больше тут обсуждать было нечего; оба мы знали, что нам предстояло провести вдвоем чисто светский вечер. В тот вечер Дейл на самом деле была ослепительна; она одела зеленую юбку с запахом, что-то типа саронга, которая как нельзя лучше подходила к блузке, отделанной красным кантом, пущенному по краю рукавов; талию ее вместо пояса обвивал скатанный аллый шарф. Огненные волосы были аккуратно уложены в прическу, а зеленый цвет глаз перекликался с зеленым цветом ее всего туалета. Еще на ней были серьги с бриллиантами и такое же колечко было надето ею на средний палец левой руки.

При виде этого кольца меня на какое-то время охватила паника, пока сама Дейл наконец не объяснила, что это колечко было подарено при помолвке еще ее матери, и что она не усматривает ничего предосудительного в том, чтобы и самой время от времени носить его. Я сначала выдвинул предположение, что более выигрышно данное украшение могло бы глядеться на правой руке, хотя если хорошенько поразмыслить — с точки зрения нашей культуры примитивных символов — то тогда это могло бы означать или расстроенную помолвку или же стать признаком временной паузы во взаимоотношениях. Дейл призналась мне также в том, что зачастую она умышленно носит это кольцо именно на левой руке. И вообще, будь она чуть посмелее, она бы носила еще и обручальное кольцо матери — а уж сочетание всего двух этих колечек могло бы стать куда более надежной защитой от всякого рода происков. Очень подробно и со всей той откровенностью, на которую я даже и не рассчитывал, она рассказала мне историю о том, как официантки, носившие обручальные кольца вдруг выяснили, что чаевых им дают гораздо меньше, чем те, у кого на пальцах отсутствовало подобное украшение. Аналогично этому, за шесть лет своей юридической практики, сначала в Калифорнии, а затем во Флориде, она пришла к выводу, что надетое на руку колечко из тех, что обычно жених дарит невесте при помолвке — хотя бы даже и чужое — тут же дает знать любому клиенту мужского пола, что обладательница его уже „сосватана“, и в результате все отношения тут же ставятся на чисто деловую основу.

— А как же быть с мужчинами — не клиентами?

— В таких случаях это кольцо снимается? — искренне ответила она.

— Но ведь сегодня-то ты его надела, — не сдавался я.

— И то только потому, что оно подходит к серьгам, — проговорила Дейл и улыбнулась, как мне показалось, довольно обнадеживающе.