Читаем Рукопись Бэрсара полностью

— Ну, Лийо говорит, что нас, мол, ждут, он один пойдет. Спорить, конечно, не положено — я молчком взял пушку — и за ним.

— Ждали?

— Да, похоже. Добрались до люка, а он открыл. Ну, слезли, отшлюзовались — и в коридор. Знаешь, чудно: идешь, а перед тобой двери открываются. Сюда, мол, парни. Лийо зашел, я за ним… Здоровый такой отсек… роскошный. Столик посередке, кресла, пультик такой аккуратный. И Он.

— Кто?

— Хозяин, кто же еще? Человек он был, понимаешь? Ну, конечно, что — то такое другое… а мне не до того… знаешь, вроде не трус… а тут скрутило… вот шевельнись — выстрелю! А Лийо… нет, ты только представь: глянул на газоанализатор и вдруг берет и спокойненько так отщелкивает шлем. Отпустило меня. Не то, чтоб сразу весь страх… ну, как всегда… думать можно. Тут Никол…

— Никол?

— Ага. Там у него имя слова в три, дальше, чем Никол не выговоришь. Ничего, отзывался.

— Ну и что?

— А ничего. Бормочет что — то и на кресла машет: садись, мол, ребята. Я столбом, а Лийо прямо к пульту и давай изображать. Вроде у него микрофон, и он туда говорит. Показал на кресло — «кресло» и на Никола глядит, ждет, что тот скажет. А у того глаза на лоб! Знаешь, я бы тогда для Лийо… ну, что угодно! Как он ему нос утер! Ты же пойми: мы со своей жестянкой там, как оплеванные!

— Ну?

— Ну что, очухался, руками машет: идем, мол. Провел в другой отсек, тоже здоровущий. Опять кресла, столик, панелька такая выносная… кнопочная. Экран во всю стену. Ну, тут они взялись! Лийо покажет, назовет, тот по — своему — и на экране сразу изображение. Потом немного по — другому: на экране картинка, Лийо называет, машина повторяет для проверки.

Ну, я не очень… больше на Лийо глядел. Всяким я его видел, а таким… раз они вместе сказали: в динамике скрип, на экране каша. Глянули друг на друга — и давай хохотать. Ты ведь не поймешь… Я за три года, может, раз видел, как он смеется… не так.

— А потом?

— Что потом? Сидел, как миленький, на «Звезде», Лийо сам ходил.

— Почему?

— А чем я лучше других? У ребят тоже руки чесались по кораблю пошарить. Правда, еще разок побывал. Напоследок.

— Сколько же вы там были?

— Три дня.

— Всего — то?

Снова ненависть шевельнулась в глазах Майха, угловатой тенью наползла на лицо.

— Вашими заботами.

— Ага, — сказал Хэлан, — самолично позаботился. Вишь, запыхался как.

Майх равнодушно подал плечами.

— А нашарили нас. Как раз на третий день. Вроде бы даже повезло — моя вахта. Станция слежения на Латене. И шпарит, как положено: — «Звезда Надежды», тип Юл, ответьте СНП. А я молчу. Вот как дурак: сижу и молчу. А она опять:

— Говорит СНП. Приказом Главного штаба Управления Космического контроля «Звезде Надежды» предписывается оставаться на месте до прибытия правительственного корабля.

— Ловко! Как же это они?

— Засекли, когда Лийо чужака вызывал. Он ведь сигнал поймал, не разобрался — и по форме: «Звезда Надежды», тип Юл, координаты такие — то. Вас не понял, сообщите опознавательный, координаты, состояние.

— А чего не сразу?

— А мы что, их ждали? Пока на пеленг встали, Лийо таких кренделей накрутил. А пеленг направленный, с Латена не взять. И то чудо, что за три дня высчитали.

— А ты?

— Ну, вызвал Лийо, «новости, — говорю, — паршивые». Он мне: «бери капсулу, давай сюда». Ну, прилетел, рассказал… Слушай, иди ты к черту! Тебе что, а я как вспомню…

— А мне твои сопли… Ты мне по делу: Тгил тому — ну, как его? сказал что — то?

— А как же! Нам, мол, грозит опасность, пора мотать.

— А тот?

— Никол? Стоит, чудак, и лопочет, что у его корабля защита мощная, если что, и «Звезду» прикроет. Ну, Лийо ему со своей уже улыбочкой: «У нас общение с пришельцами, на всякий случай, не одобряется. Завтра здесь будут военные корабли, надеюсь, у вас хватит ума не пускать этих господ на борт?»

— А тот?

— Что, мол, такое военные корабли?

— А Тгил?

— «Корабли, предназначенные для уничтожения сомнительных объектов».

— Инте — ресно! — сказал Хэлан. — Если твой, ну, как его? не дурак…

Майх так и подался к нему.

— Думаешь, если Никол больше никого… они не убьют Лийо?

— Могли сразу кончить.

— Нет, — твердо сказал Майх. — Не могли. Им я нужен. — Подобрался, уставился на Хэлана сумасшедшими глазами. — Слушай, сыщик, ты как: решил?

— А что?

— Давай уже скорей, убивай или пошли отсюда!

— А тебе некогда?

— Некогда, — сказал Майх серьезно. — Мне бы теперь до Никола добраться.

— Ни черта себе! Ты что, того?

— Нет, — так же серьезно сказал Майх. — Ты пойми: это же не игрушка другой мир. Что позор… он — то к нам, как к людям… нет, не то! Ну, мне они рот заткнут, тебе… а те? Земляки Никола? Узнают ведь… пока мы там были, он дважды передавал, так глушанул, что приборы зашкалило… с чем они к нам явятся? Ты бы видел этот кораблик! Да у нас таких через сто лет не будет! Понимаешь?

— Что?

— Нельзя таких врагов заводить!

— Ну да, один ты у нас умный. Ты — голова, а все — задницы!

— А зачем бы тогда нас убивать, а, сыщик?

— Слышь, парень, у меня, кстати, имя есть. Хэлан Ктар, на господине не настаиваю.

— Так что решил, Хэлан Ктар?