Читаем Рукав Ориона полностью

Люк на спасательском корабле закрывается, само судно поднимается на несколько сантиметров над гладкой асфальтовой поверхностью и скользит к входу в маленький каньон. Катер садится у самого подножия гигантского пня, двигатели его выключаются полностью. Лазерный фонарь смотрит в другую сторону, но габаритный огонь на крыше дает достаточно яркого белого света, чтобы можно было все видеть.

Снова открывается люк, и по трапу спускаются четверо членов команды; все они одеты в ярко-оранжевые балахоны, на спине выделяется черный знак. В капитанской рубке остается всего один квастт.

Маленькие спасатели заходят на капер, чтобы начать миссию милосердия, тихонько переговариваются между собой. Они не замечают еще одной фигуры, которая выбирается из-под кучи маскировочных полотен, валяющихся вперемешку с обломками лавы, и стремительно крадется к кораблю спасателей.

Это некто очень высокий, одетый в белую квасттовскую мантию; он передвигается несколько неуклюже, издавая едва слышный, но все-таки шум. В кабине пилот-квастт слышит шорох, резко оборачивается — и с удивлением и омерзением обнаруживает перед собой представителя ненавистной расы ублюдков. Маленькая рука тянется к оружию, но враг оказывается быстрее, и женщина-пилот падает на пол, поймав в грудь пулю из парализатора.

В грузовом отсеке капера трудятся трое спасателей, разгребая завал контейнеров, чтобы вытащить полупогребенную жертву. Пластиковые коробки ничего не весят — они вообще пустые! Тем временем четвертый член команды, а именно медик, склоняется над телом лежащего в коридорчике квастта, чтобы обследовать его повреждения.

Пребывающий в обмороке больной переворачивается, вытаскивает из-под одежды пистолет и приставляет дуло к шее застывшего в ужасе врача.

— Тихо! Не двигаться, или я буду стрелять.

Трое спасателей прекращают работу, не понимая, что происходит. Прежде чем они успевают хоть как-то среагировать, ужасающий инопланетянин восстает из кучи мусора и стаскивает с огромного тела мантию, скрывавшую истинные размеры «жертвы». Он также выхватывает пистолет и молниеносно делает три выстрела: жжж! жжж! жжж! — и спасатели валятся на пол, как мешки с песком.

— За что? — кричит квастт, пытаясь отвернуться от приставленного к горлу парализатора. — Почему?

Я сунул «Иванова» обратно в кобуру и сбросил с себя кучу пустых чехлов. Мимо и Ильдико отодвинули контейнер, преграждавший путь в основную часть капера, и прошли в грузовой отсек.

— Отличная работа, Ба-Каркар, — проговорил я.

Мимо забрал у нашего маленького капитана свой незаряженный каги-пистолет, а Ильдико надела наручники на квастта-медика и прикрепила к его оранжевой робе механический переводчик. Продолжительное чириканье малыша предстало перед нами как долгая серия пип! пип! пип!

— Ба-Каркар, объясни ему, в чем дело, — приказала Ильдико.

Контрабандист обратился к соплеменнику:

— Ты пленник людей. Я тоже пленник людей, меня принудили сотрудничать. Пребудь в святой тишине. Они не сделали мне плохо. Они не сделают тебе плохо, если ты будешь слушаться. Если ты не слушаешься, они тебя пристрелят, как остальных.

— Вы убиваете посланников милосердия! — заверещал доктор. — Ты пип! Ублюдок!

— Они не умерли, — сурово проговорил я. — Только спят.

Я велел Ильдико вывести его наружу, мы с Ба-Каркаром последовали за ними. Мимо уже успел связать всех троих пленников-квасттов, и теперь мы все бежали вниз по склону к спасательному кораблю. Из-под очередной кучи маскировочных чехлов показался Айвор.

— Адик, начинать разгрузку?

Я кивнул.

— Перенеси все на корабль квасттов — и как можно скорее!

Он открыл передний люк нашего капера и принялся вытаскивать оттуда всевозможное оружие и снаряжение.

Ильдико дотащила маленького медика до туко, уже не освещенного габаритной фарой, мы с Ба-Каркаром не отставали. Зорик поднимался по склону, неся на плечах последнего пленника; бывший солдат сбросил белую маскировочную робу.

— Пришлось уложить пилота, когда он потянулся за оружием, — заметил он. — Не похоже, чтобы он успел доложить в диспетчерский центр, наверное, ждал сообщения остальных.

— Проверим, — кивнул я. — Отнеси его к другим соням и хорошенько свяжи. Потом помоги Айвору с погрузкой. Да, и не забудьте загасить сигнальный маяк.

— Нет проблем, — отчеканил Зорик О'Тул.

Мы пропустили Ба-Каркара внутрь туко, и он несколько мгновений рассматривал приборы в капитанской рубке.

— Асаил, коммутатор не включали.

— Тогда включи его и проверь, не хочет ли кто-нибудь из Тактака выйти на связь со спасателями. — Я повернулся к пленнику: — Слушай меня. Жизнь твоих товарищей зависит от того, что ты сделаешь в течение следующих десяти минут. Будешь слушаться, вреда им не причинят. Мы будем держать вас в плену некоторое время, а потом отпустим. Ба-Каркар подтвердит мои слова.

— Он говорит правду. Он вонючий ублюдок, но не лгун. Как тебя зовут?

— Гогатар, — пробормотал доктор. — Я искусный целитель.

— Хорошо, Гогатар, — улыбнулся я. — Мне нужно, чтобы ты передал на диспетчерский центр Тактака следующее.