Читаем Рукав Ориона полностью

— Быть может, километров триста в час, по человеческим меркам.

Таким образом, у нас есть еще около полутора часов даже в том случае, если они стартуют немедленно и понесутся как бешеные псы. Что весьма сомнительно. Я попросил Ба-Каркара сделать атмосферный анализ, который показал наличие в воздухе большого количества вредных гидрокарбонатов и серных соединений. Но люди могут дышать этой дрянью — несколько дней уж точно, а если к тому времени операция не завершится то это уже не будет иметь никакого значения.

Мимо, Зорик и Ильдико осторожно выбрались из своих углов и втиснулись в капитанскую рубку.

— Повреждения несерьезные, — успокоил я их. — Капер на ходу. А как вы, ребята?

Ильдико чувствовала себя прекрасно, Зорик — еще лучше, а Мимо сообщил, что Айвор отлично пережил небольшую аварию, но настоятельно просит вытащить его из грузового отсека — по причине отсутствия там отхожего места.

— Открывай оба люка, — велел я капитану. — Мы выйдем ненадолго. Ба-Каркар, мы сейчас посовещаемся, а ты тем временем осмотри поломанные ноги, но не входи в корабль без моего разрешения.

— Понял, — ответил тот. — Ты боишься, я сделаю какую-нибудь гадость. Не стоит. Я сотрудничаю честно.

Приятно слышать. Но все-таки не особенно я стремился ему доверять.

Мы спустились вниз по склону. На Дагасатте наступил поздний вечер, холодно не было, воздух прогрелся градусов до тридцати. Бензиновое зловоние иногда разгонял свежий ветер с севера, дувший прямо в угол между двумя «корнями» огромного «пня». Наш капер приземлился прямиком в лужу, впрочем, неглубокую; очевидно, в ней скапливалась вода, стекавшая с верхних склонов. В куче осколков скальника, содранного нами при посадке, валялись две металлические ноги — шасси квасттовского корабля.

Ильдико наклонилась и вытащила из лужи один из обломков.

— Взгляните, он весь пузырчатый, как зандерианская пемза или кусок тоста. Ничего не весит. Как вы думаете, Пень-гора — это какой-нибудь вулкан?

Мимо взял обломок в руки, оглядел и обнюхал его со всех сторон.

— Не совсем, хотя здесь не обошлось без вулканического жара. Думаю, это вещество — продукт карбонизации природного органического материала, не нефти, а, скорее, угля. Подземный жар превращает углекислый газ и водяные пары в жидкость, и таким образом в застывающей массе образуются пузырьки. Это пористое вещество совсем не такое плотное, как скальные напластования или асфальт, значит, оно подымалось снизу и, расколов тонкую корку, отвердело уже на поверхности пня.

Ильдико восхищенно посмотрела на моего друга.

— Вы, случайно, не планетолог, капитан Бермудес?

Мимо покачал головой, улыбнулся и вытащил из золотого портсигара неизменную сигару.

— Нет, querida [6], но я бывал во многих интересных местах — как следствие выбранной профессии, — и мне всегда нравилось изучать их геоисторию. И часто сталкиваешься с параллелями в процессах развития разных планет.

Айвор пришлепал к нам, и теперь операционная группа была в полном сборе. Я велел Ба-Каркару продолжать починку капера, а сами мы направились к сухому выступу естественного происхождения, который к тому же оказался твердым, как тротуар. Спасательный корабль без труда найдет нас, а наше судно представляет собой идеальное место для засады.

Да, маленький пират заслужил вознаграждение. А отломанные ноги послужат для придания аварии правдоподобия.

Итак, я начал совет без всяких вступительных слов.

— Я пересмотрел свой первоначальный план, по которому Айвор должен был остаться здесь сторожить пленников-квасттов, а остальные пошли бы штурмовать завод халуков. Ситуация оказалась хуже, чем я предполагал. Ввожу в курс дела.

Команда смотрела на меня с профессиональным безразличием — за исключением бедняги Айвора, который наверняка подумал, что я недооцениваю его возможности.

— Изначально я основывался на сведениях Мимо, Ба-Каркара и Тисквата, пиратского стрелка, и считал Тактак маленьким захудалым городишкой, где едва найдется хотя бы один спасательный корабль. Но во время полета я оглядел их космопорт — он оказался куда больше и лучше оборудован. Там целых три спасательных катера, квастты называют их «туко». Их ни с чем не спутаешь благодаря ярко-оранжевой раскраске и шасси в форме лыж для посадки даже на мягкую поверхность.

— Mierditas [7], — выругался Мимо, но невозмутимо зажег спичкой сигару.

— Поддерживаю, — отозвался я. — Если квастты решать прислать больше одного катера, то и с двумя мы тоже справимся.

— Но не с тремя, — резонно возразил Зорик О'Тул.