Читаем Ртуть и соль полностью

– Монахиня… Как по мне – слишком много желающих спасти эту полуженщину. Ты опоздал, незваный гость. Твоя пташка томилась в подвале этого самого дома, запертая с остальными. Две ее подружки здорово скрасили нам вечера, а она… Она нашла лазейку и бежала. Прежде чем я успел вернуть ее, некто встретил ее и забрал с собой. Прочь из моих владений. Живую. Невредимую. Я долго горевал о потере.

Эд тяжело дышит, стараясь обуздать обуревающие его чувства:

– Кто ее забрал?

– Этого я не знаю. Знаю только, что и этого оборванца его холуи звали «королем», но чаще – «генералом».

– Ну что же, спасибо за ответ, ваше величество, – кивает Эд, вставая. – Я хочу просить вас еще об одном одолжении. Я хочу пожать вашу руку.

Жуткий хохот разносится вокруг – просьба Сола изрядно веселит троицу. Тем временем он осторожно опускает руку в карман.

– Ну что же, – отсмеявшись, скрипит Король. – Давно я не обменивался рукопожатием с живым. Вот моя рука.

Он протягивает костистую ладонь Эду. Тот отвечает на рукопожатие, с силой сжимая твердую, как дерево, руку монстра. Второй рукой он выхватывает из кармана нож и резким движением поддевает большой палец Короля. Не отпуская руки, он с силой полосует ножом по пальцу. Тим ревет – скорее от гнева, чем от боли. Палец поддается легко, словно бумажный. Подхватив его, Эд тут же разворачивается и бросается прочь. Вслед ему летят гневные вопли и жуткий вой.

* * *

– Выйди вон! – хрипит Сол, когда Спичкина голова показывается в приоткрывшемся дверном проеме. – Сколько тебе говорить!

– Я принес то, что ты просил, – невозмутимо заявляет мальчишка.

– Оставь на пороге. И не забудь как следует вымыть руки. Ты понял? – Эд заходится в приступе тяжелого надсадного кашля.

– Да понял, понял, – обычный тон сменяется недовольным ворчанием. – Надо было меня слушать, Эдди.

– Не умничай, – сил спорить, тем паче уже в который раз, у Сола нет. Спичка бормочет что-то напоследок. Хлопает, закрываясь, дверь.

Из раскрытого окна в комнату доносится многоголосый городской гомон. Вечереет – начинают закрываться магазины, уличные торговцы не спеша собирают свои лотки, усталые рабочие неспешно бредут домой после очередной двенадцатичасовой смены. Эдвард отрешенно смотрит в потолок. Нужно подняться, забрать то, что принес Спичка. Сомнений уже давно не осталось – зараза все-таки достала его. Теперь остается выяснить, хватит ли у него сил выздороветь.

– Чертова дрянь, – едва слышно бормочет Сол. – Не с тем ты связалась. Я не какой-то дикарь-заморыш. Я знаю, как надо лечиться… А, черт… кого я обманываю?

Как готовится противочумная сыворотка, Эд знает сугубо теоретически. К счастью, полученных на лекциях ОБЖД знаний хватило, чтобы вспомнить, что проще всего такую сыворотку получить из убитых температурой чумных палочек. Сыворотка из живых палочек эффективнее, но для ее приготовления нужно грамотно применить бактерицид. О том, что это такое, у Эда сохранились только смутные воспоминания.

Он переводит дыхание. Спичка принес пенициллин. Точнее, плесень, которую Эд намеревался использовать как антибиотик. Биосинтез, которым из плесени должен получиться бензилпенициллин, для Сола – тайна за семью печатями. К тому же он понятия не имеет, поможет ли ему употребление плесени в сыром виде.

– Так что немногим ты лучше, чем эти самые дикари-заморыши, старина, – от кривой ухмылки, адресованной самому себе, на душе становится только гаже. При каждом вдохе в горле хлюпает, а легкие саднит. Хочется прокашляться, даже зная что от этого будет только хуже. В паху уже начинают воспаляться лимфоузлы. Паршивый признак.

– Вижу, ты вернулся с подарком, – рокочущий голос болезненно отзывается в голосе Сола. Повернув голову, он видит Рипперджека – мрачную громаду на фоне окна.

– Взял поносить. Собираюсь вернуть через пару дней, – пытается шутить Сол.

– Думаешь, бульон из пальца Короля Чумы поможет тебе?

– Уверен.

Джек какое-то время молчит. Слышно, как он мерно дышит, с глухим сипением втягивая и выпуская воздух.

– Я пришел убить тебя, – наконец произносит он. Голос его не меняется, но что-то внутри подсказывает, что намерение это твердо. Может, так оно и лучше? Лучше, чем мучительно умирать от чумы?

– Я чем-то провинился? – спрашивает Сол.

– Нет, – чудовище издает довольный рык. – Не все в нашем мире имеет причину. Я не имею.

– Ты можешь себе это позволить, – кивает Сол. – Но я могу дать тебе причину не убивать меня.

– Чума – не причина. Меня не волнует, когда ты собирался умереть – завтра или через сто лет. Мое появление всегда перечеркивает планы смертных.

– Нет. Причина в другом. Я стану твоим источником дохода.

Джек коротко взрыкивает – это, видимо, означает насмешку.

– Твой порох – плохой товар.

– Это так, – Сол закашливается, тяжело и надсадно. – Хватит кустарничать. Индустриальная эпоха… Другие масштабы. Я построю… химическую фабрику.

– В том случае, – назидательно произносит монстр, – если чума не заберет тебя.

– Не заберет, – Эд говорит с уверенностью, которой не ощущает. – У меня еще есть здесь дела.