Читаем Розовый ручей полностью

— Мирабела вышла замуж за жениха Розали?

— Он вполне устраивал деда, пока не совершил страшный грех: увез Мирабелу в Новый Орлеан. — Деймон рассказывал все это спокойным, ровным голосом и, что удивительно, даже без горечи. — Но этот грех для деда был все же несравним с тем, что совершила моя мать, выйдя замуж за креола. По-моему, дед ни разу не видел Артура, которого избрал своим наследником. А я познакомился со своим двоюродным братом пятнадцать лет тому назад на похоронах деда. Мне было пятнадцать, а ему только двенадцать, но он уже тогда прикидывал, сколько может стоить плантация.

В памяти у Деймона всплыло какое-то давнее воспоминание, на его лице расплывалась улыбка.

— Ну и что тогда произошло? — подтолкнула его Нелли.

— А закончилось все дракой, — еще шире улыбнулся Деймон. — Она была не совсем честной. И я это знал. У меня и сил и сноровки было больше. У Артура не было никакого шанса, но отказаться он не мог. Мы колошматили друг друга в огороде матушки Лулы, на том месте, где у нее перегнивают кухонные отходы.

— О, Деймон, — расхохоталась Нелли, представив себе Артура в изысканной одежде, катающегося в драке среди гниющих овощных очистков. — Не сомневаюсь, костюм у него был испорчен.

— У меня тоже. Но драка стоила того. Каждая минута на вонючей помойке.

— А что сказала тетушка Изетта?

Деймон пожал плечами.

— Мальчишки, они и есть мальчишки. А тетя Мирабела поклялась, что ноги ее не будет в Роузвуде, даже при том, что поместье является наследством Артура. «Уж очень оно нецивилизованное», — сказала она.

— И так и не появлялась?

— Нет. Дело в том, что она и ее муж умерли два года спустя от желтой лихорадки. Но Артур продолжал навещать Роузвуд, правда, с большими перерывами. А я тоже уехал: сначала в колледж, потом в Европу. Но хватит о моем кузене. Давайте займемся дегустацией.

— Что мне надо знать? — спросила Нелли, стараясь не вспоминать о том, что они сидят взаперти в темном сыром погребе.

— Это красное вино из Франции. — Деймон стал аккуратно переливать его в графин. — Как и большинство красных вин, его следует перелить из бутылки. Что я сейчас и делаю.

— Там на дне что-то есть, — сказала Нелли, разглядывая дно бутылки. Сквозь зеленое стекло, даже при свече, виден был какой-то осадок.

— Ничего страшного. Потому мы и переливаем вино в графин, чтобы осадок остался на дне бутылки.

— Это сухое вино, а не сладкое, типа шерри, которое предпочитают мои тетушки. — Деймон плеснул немного рубиново-красного напитка в бокал для Нелли. Она протянула руку.

— О нет. Не так быстро. Дегустировать и пить вино — это разные вещи.

Нелли притворилась обиженной.

— Неужели, сэр, вы думаете, что мне не терпится напиться?

— Прошу прощения, — хохотнул он, подыгрывая ей. — Но, чтобы оценить хорошее вино, требуется время и особый ритуал. Все это похоже на ощущение, какое вы испытываете, глядя на прекрасное произведение искусства.

— Понимаю. А что по ритуалу следует дальше, после переливания вина в графин?

— А дальше поднимают стакан к свету, чтобы убедиться: вино прозрачное.

Огонь свечи, колеблясь, преломлялся в темно-красной жидкости и золотом отливал на изгибе бокала в руках Деймона. Вино соблазняло своим дивным рубиновым цветом, насыщенностью, зрелостью. Нелли завороженно смотрела на него.

— Ну, что вы об этом думаете?

— О чем? — Нелли не сразу сообразила, что должна ответить. — Ах да… вино. Оно слишком прекрасно, чтобы его пить.

— Но мы еще и не готовы для этого, — сказал Деймон и посмотрел на нее тем самым оценивающим взглядом, от которого у нее мурашки появлялись на коже. Она поежилась.

— Вам холодно?

— Нет, нет, — торопливо ответила Нелли. — То есть, да. Немножко. Когда я шла сюда, я не собиралась проводить время в погребе, даже входить сюда.

— Я тоже не думал, что застряну здесь надолго. Вот, накиньте мой жилет, — предложил Деймон. — Он немного вас согреет.

Нелли с благодарностью позволила ему набросить ей жилет на плечи.

— Так лучше?

— Да. Спасибо. — Под его пристальным взглядом и от прикосновения его сильных рук она чувствовала себя не в своей тарелке. Чтобы он не догадался, какое воздействие на нее оказывает, Нелли поспешила вернуться к вину. — Итак, мы убедились, что вино прозрачное, дивного красного цвета, и все же пить его мы еще не готовы?

— Правильно, еще не готовы. — Деймон снова поднял бокал. — Теперь мы будем оценивать букет. М-м-м, чудесный, — восхитился он, приблизив бокал к самому носу. — Ну, ваша очередь.

Нелли протянула было руку, но Деймон перехватил ее и сам стал двигать бокал перед ее носом.

Легкий аромат, не менее восхитительный, чем запах цветов, одурманивал ее.

— Чудесно! Словно я в саду. Шампанское так хорошо не пахнет.

— Вы правы, — заметил он, довольный успехами ученицы.

— Но теперь мы готовы выпить? — спросила Нелли. — Мой нос утверждает, что и вкус будет отменный.

Деймон наклонился к ней поближе, одной рукой обнял, а другой поднес бокал к ее губам.