Читаем Рождество полностью

И они полетели. Полетели на север и на юг, на запад и на восток. Амелия вдруг поняла, что мир невероятно велик, и в нём живёт очень много детей. А на крышах спит очень много котов. Последний факт заинтересовал Капитана Сажу. Сложнее всего было удержать его в санях и проследить, чтобы он не сбежал куда-нибудь в Китай или Камбоджу.

Когда Амелия не присматривала за Капитаном Сажей, она вытаскивала подарки из бездонного мешка. Все подарки были аккуратно упакованы, так что они с Малышом Мимом придумали игру. Нужно было угадать, что внутри. Мячик. Волчок. Мягкая игрушка. Книга. Шоколадные монеты. Глобус. Мандарин.

Когда сани пролетали над Парижем, Амелия, Нуш и Малыш Мим задремали. Но если бы они не спали, то увидели бы, как Мэри взяла Отца Рождество за руку и крепко её сжала.

— Ты замечательный человек, — сказала она. — Но разве тебе не бывает одиноко? Ведь ты живёшь вдали от людей.

— Бывает, — признался Отец Рождество. Внизу проплывали огни Версаля. — Думаю, было бы здорово для разнообразия иногда общаться и с людьми.

— То есть мы можем остаться с тобой? — осторожно спросила Мэри. — Конечно, нам потребуется время, чтобы привыкнуть к эльфам с их остренькими ушками и большими глазами…

Мэри обернулась и посмотрела на Нуш. Во сне она крепко обнимала Малыша Мима, а тот сопел, выпятив губу.

— Возможно, я немного тороплю события, но, думаю, для начала нам лучше пожить с человеком. Ты ведь человек?

Лицо Отца Рождество раскраснелось от счастья.

— Человек с примесью чудовства. Совсем как ты теперь.

— То есть я тоже могу творить волшебство?

— Ты уже творила его, милая. Околдовала меня своими сияющими глазами.

Мэри тяжело давались романтичные слова. Поэтому в ответ она смущённо пихнула Отца Рождество в бок.

— Чаровник! — хмыкнула она и тут же схватила его за руку, потому что слегка перестаралась и чуть не вытолкнула его из саней.

— И конечно, вы можете остаться! — сказал Отец Рождество. — Правда, во всём Эльфхельме только мой дом подойдёт тебе по размеру. В остальных ты застрянешь в дверях.

— Умеешь ты делать комплименты, — хихикнула Мэри.

А Блитцен и Гроза пошли на снижение, чтобы развести подарки всем детям в Париже.

Пару сотен остановок спустя Отец Рождество спросил Амелию:

— Не хочешь попробовать управлять санями? Ты ведь уже дважды спасла Рождество.

— В этом году я была не одна, — улыбнулась Амелия. — Нуш и Мэри тоже помогли.

Нуш радостно схватила Мэри за руку. Ей в голову пришло отличное название для новой статьи.

— Девочки, которые спасли Рождество!

— Девочки? — переспросила Мэри. — Мне пятьдесят восемь лет!

Амелия перебралась к Отцу Рождество на переднее сиденье, и он объяснил ей, зачем нужны все рычаги и кнопки на приборной доске. Часы, барометр надежды, кнопка, которая останавливала время, и та, что снова его запускала. Амелия увидела, что часы показывают десять минут Предрассветного.

— Это эльфийское время, — сказал Отец Рождество. — Эльфы не любят цифры.

Он протянул ей экземпляр своей книги «Санное мастерство».

— Чтоб ты знала, Чарльз Диккенс — не единственный, кто пишет книги.

Отец Рождество заметил, что у Амелии прирождённый талант управлять санями. Олени откликались на легчайшее движение поводьев. Правда, из-за неё они чуть не нырнули в озеро Лох-Несс в Шотландии, но лишь потому, что Амелия засмотрелась на жившее в озере чудовище. Оно как раз высунуло свою маленькую голову из воды и с не меньшим интересом наблюдало за летающими санями.

— Когда ты знаешь, что возможно всё, твоим глазам открываются самые необычные вещи, — пояснил Отец Рождество.

Когда они прилетели к маленькому городу Кристиинанкаупунки в Финляндии, Амелия уже могла аккуратно посадить сани где угодно. Что она и сделала на крыше скромного домика с небольшой трубой. Отец Рождество вдохнул холодный воздух и огляделся вокруг.

— Видите вон тот лес? — спросил он и махнул рукой в сторону тёмных деревьев. Они стояли плотной стеной, щекоча макушками небо.

— Да, — сказала Амелия.

— Там жил мальчик по имени Николас. В крохотном доме с отцом-дровосеком. У него не было ничего, кроме куклы из репки и домашней мышки. Николас был совсем тощим и ходил в обносках. А когда его отец ушёл в экспедицию на Крайний север, Николасу пришлось жить с тётей. Она выгнала мальчика из дома, и он спал на голой земле. Но с другой стороны, у него было всё. Потому что он верил в волшебство. По-настоящему верил, что всё возможно.

— Я бы хотела с ним подружиться, — сказала Амелия.

— И я. — Мэри снова крепко сжала руку Отца Рождество.

Доставив подарки семнадцати детям в Кристиинанкаупунки, Амелия повернула сани на север — к Эльфхельму. Она не представляла, как сложится её жизнь и каково будет человеческому ребёнку в мире эльфов, троллей и пикси, — но не сомневалась, что всяко лучше, чем в работном доме. И когда Амелия под ликующие крики эльфов приземлила сани на Оленьем лугу, на её лице появилась улыбка. Сначала несмелая, она с каждой секундой становилась всё шире.

— Почему здесь не холодно? — спросила Амелия Отца Рождество.

Тот покачал головой.

— Это эльфийская погода. Тебе станет холодно, только если сама захочешь.