Читаем Роуэн из Рина полностью

Когда в Рине было туго с едой, Роуэн лазил на деревья и пригибал к земле ветви с густой зеленой листвой, чтобы букшахи могли поесть. Но даже на самых низких ветвях у него кружилась и болела голова. Высота была не для него. А восхождение, которое сейчас ему предстояло, было хуже, чем самый страшный сон.

И вот веревка связала Марли, Аллуна и всех остальных. Силач Джон шел позади всех. Роуэн то и дело спотыкался и падал, повисая на веревке над бездной. Сверху качалось небо, снизу колыхалась земля. В ушах звенел его собственный крик. Ребра больно сжимала веревка, которая одна только и спасала его. Легкое тело Роуэна ударялось о скалы, вскоре он был весь в синяках. И все же приходилось карабкаться наверх.

Это было невыносимо. Но было бы куда страшнее, если бы кто-то еще оказался таким же неловким, как он. Если бы поскользнулся Силач Джон, он всех бы увлек за собой в пропасть. Если бы упал кто-то другой, даже Силач Джон вряд ли смог бы его удержать.

Роуэн совсем измучился, его била дрожь, каждая мышца болела, но он лез и лез вверх. И когда наконец его втащили на вершину утеса, он, задыхаясь, упал на траву. Перед глазами все поплыло, а потом он потерял сознание.

Холодный шершавый язык Звездочки касался щек и лба мальчика. Роуэн улыбнулся. «Хватит, Звездочка! Ну перестань», — пробормотал он. Голова его моталась по траве из стороны в сторону.

— Бредит, — испуганно сказал кто-то.

Звездочка куда-то исчезла. Роуэн открыл глаза и прямо перед собой увидел серьезного Силача Джона. Мальчик сначала ничего не понял, а потом его охватило отчаяние — он вспомнил, где находится. Нет, не дома, не на лугу с букшахами, не со Звездочкой, которая его любила. Он на Горе, с Силачом Джоном, который его еле терпит, с Марли и Аллуном, которые его жалеют, с Бронден, Вэл и Эллисом, которые его презирают.

— Да, бредит, — нетерпеливо повторила Вэл. — Ох, как же этот заморыш всех нас задерживает. Посмотрите на солнце! Уже, наверное, часов одиннадцать.

Силач Джон отбросил мокрую тряпку, которую он прикладывал ко лбу Роуэна.

— Сейчас оклемается, — сказал он. — Да, он заморыш, но видела бы ты, Вэл, как храбро он лез на этот утес! Просто силенок не хватило.

Он встал и отошел в сторону, устало распрямляя спину.

Роуэн не двигался и смотрел прямо в небо. У него ныло все тело, но голова была ясной, только в ушах тихонько звенело. Вэл была права: солнце стояло уже высоко. Он, наверное, очень долго спал, даже успел увидеть сон, как будто он дома и еще совсем маленький. Лицо начало гореть, но Роуэн с трудом приподнялся и сел на траве.

— Не спеши, не спеши, Роуэн, — улыбнулся Аллун, присев рядом с ним и обняв его за плечи. — Тише едешь — дальше будешь. На, выпей.

Он поднес флягу к губам Роуэна, и мальчик сделал несколько глотков.

— Когда тебе будет лучше, — продолжал Аллун, со значением поглядывая на всех остальных, — мы двинемся дальше, в Лес. А сейчас, — тут он пододвинул к Роуэну его мешок, — не теряй-ка времени зря. Подержи нам карту, а мы на нее посмотрим.

— И так уж всё разглядели, — буркнула Бронден. — Чего там смотреть-то?

— Ах, молодость, молодость! Не забывай, что я на три года старше тебя, Бронден, — улыбнулся Аллун. — Чего удивляться — память не то что твоя.

Роуэн понял, что Аллун просто хотел занять его, пока он приходит в себя, но все-таки вынул карту и медленно ее развернул. Подумаешь, еще раз посмотрит. Глаза медленно следили за прерывистой красной линией. Так… вот высохшее русло… а вот яма, куда собиралась вода… расщелина в скале и сама скала… вход в Лес рядом со скалистым утесом, около которого они сейчас сидели, проход через…

Роуэн моргнул, взглянул на карту и снова моргнул. Он хотел что-то сказать, но слова застряли в горле.

Аллун перехватил его взгляд и тоже быстро посмотрел на свиток. Удивленно вскрикнув, он громко позвал:

— Джон, иди-ка сюда!

Силач Джон подбежал к ним, а остальные столпились вокруг, чтобы узнать, что случилось.

Роуэн молча указывал пальцем на карту. Там, где начиналась лесная тропа, где раньше белело пятно, теперь ясно виднелись шесть черных строчек.

Аллун негромко прочел их вслух:

— Что за белиберда? — громко возмутилась Вэл. — Что за дурацкие шуточки?

— Карту никто не трогал, Вэл, — ответила Марли. — Слова появились после того, как мы на нее смотрели в последний раз.

— Невероятно! — сказала Бронден.

Она склонилась над картой и стала внимательно разглядывать стихи, как будто пыталась сообразить, откуда они взялись.

— Да какая теперь разница, как они появились! — возбужденно воскликнул Аллун. — Самое главное — понять, что они значат.

Силач Джон прокашлялся и сказал: