Читаем Россолински полностью

В газете Новий час убийство Перацкого комментировали с куда меньшей охотой, чем в Діло. 16 июня 1934 г., в первый день после убийства Перацкого, Новий час предпочел отдать первую полосу освещению одного из местных судебных процессов над членами ОУН, не сообщив при этом ни слова об убийстве министра⁴⁴³. Аналогичной политики издание придерживалось и в двух последующих своих выпусках, посвящая первую и многие другие свои полосы новостям о судебных процессах над членами ОУН в Станиславове и Самборе и игнорируя информацию о гибели Перацкого⁴⁴⁴. Только 20 июня 1934 г., то есть на следующий день после похорон Перацкого, эта газета сообщила о факте его убийства, одновременно с этим информируя читателей о решении правительства устроить концлагерь, предназначенный для лиц, которые представляют опасность для государства⁴⁴⁵.

10 июля 1934 г., почти через месяц после убийства, Gazeta Polska опубликовала интервью с министром юстиции Чеславом Михалковским, в котором он известил общественность, что убийство, по данным следствия, спланировали и осуществили представители ОУН; три человека, причастные к убийству, уже арестованы, но убийца находится на свободе: ему удалось покинуть территорию Польши, хотя польские власти всеми силами пытались его поймать. Имена убийцы и арестованных лиц не разглашались⁴⁴⁶. Интервью не оставило сомнений в том, какая организация несет ответственность за убийство образцового польского патриота, государственного деятеля, героя и мученика. К этому моменту польское общество, будучи уже в достаточной мере осведомленным обо всех деталях этого преступления, в определенной степени подустало от показательных и политизированных траурных мероприятий.

13 июля 1934 г., сразу же после оглашения результатов расследования, с коротким заявлением, осуждающим террористическую Деятельность ОУН, выступило УНДО (обратив свое внимание и на то, что ОУН оказывает пагубное влияние на украинскую молодежь)⁴⁴⁷. Эту позицию УНДО осудила украинская газета Новий шлях (Канада), заявив, что лидеры этого объединения «подписали документ, объявляющий войну украинскому революционному национализму и ОУН»⁴⁴⁸.

Только после убийства директора украинской Львовской гимназии Ивана Бабия, произошедшего 25 июля 1934 г., украинские газеты изменили свои способы освещения деятельности ОУН. Ранее боевики ОУН уже дважды избивали Бабия: 11 и 23 ноября 1932 г.⁴⁴⁹ Само убийство было омрачено еще одной смертью: молодой оуновец Михаил Царь, убийца Бабия, осознав невозможность скрыться с места преступления, выстрелил в себя и впоследствии скончался в больнице. Редакторы газеты Новий час, которые несколько дней назад неохотно сообщали своим читателям об убийстве Перацкого, на убийство Ивана Бабия отреагировали совершенно иным образом: статья Жахливий атентат вышла на первой полосе (позднее последовал и ряд других статей на ту же тему)⁴⁵⁰.

Об убийстве Бабия и об отчаянном поступке его убийцы поспешила сообщить и газета Діло⁴⁵¹. Это убийство заставило Діло занять критическую позицию в отношении ОУН и осудить ее политику. Вскоре после этого преступления анонимный журналист Діло писал: «Его конфликты с молодежью, как управляющего филиала акад.гимназии, общество трактовало как трагическое недоразумение... когда нельзя вытянуть ее [молодежь] из подземелья, в котором рождается братоубийственное преступление»⁴⁵². 5 августа, через десять дней после убийства Бабия, на страницах того же издания это преступление также осудил и глава ГКЦ митрополит Шептицкий. Он назвал убийц Бабия «украинскими террористами» и «врагами [украинского] народа»⁴⁵³. Согласно другому источнику, в связи с убийством Бабия Шептицкий заявил: «Если хотите предательски убивать тех, кто противится вашей работе, придется вам убивать всех учителей и профессоров, работающих для украинской молодежи, родителей и матерей украинских детей...»⁴⁵⁴. Убийство Перацкого, однако, не вызвало со стороны Шептицкого подобной реакции.

Согласно расписанию событий, в 19:00 19 октября гроб с телом Перацкого перенесли в часовню старого кладбища. В воскресное утро 20 октября Франциск Лисовский (епископ из Тарнополя) провел в часовне поминальную службу. Кроме членов семьи Перацкого, на службе присутствовали: 1-й полк подгальских стрелков, представители органов власти и различных организаций, местное население. После поминальной службы гроб с телом Перацкого в сопровождении вооруженных людей, исполнявших военный марш «Мы, первая бригада» (Му, Ріеrwszа Brygada\ поместили в воинский мавзолей. В этот же день в Новы-Сонче был заложен первый камень будущего Дома стрелков (Dот strzelecki), которому присвоили имя Перацкого. Закладку первого камня благословил епископ Лисовский, а премьер-министр Зындрам-Косцялковский выступил на этом мероприятии с торжественной речью⁴⁵⁵. Месяц спустя

начал свою работу длительный судебный процесс над членами ОУН -организаторами убийства Перацкого.

Варшава. Первый судебный процесс над членами ОУН