Читаем Россия. Снова эксперимент полностью

Очень болезненной точкой до сих пор является вопрос о репрессированных во время войны народах. Но их переселение происходило в чрезвычайных условиях войны, когда территории этих народов освобождались, но при переменных успехах сторон в войне могли снова оказаться под пятой оккупантов. Не составляет секрета, что значительная часть населения этих областей сражалась на стороне оккупантов. Репрессивной власти оказалось недосуг разбираться, кто сражался, а кто — нет, и народы подверглись поголовному выселению. Исключение составляли поволжские немцы, меры против которых носили профилактический характер, хоть безусловно неадекватный. Тем не менее обратим внимание, как на подобную ситуацию прореагировали в США после нападения 7 декабря 1941 года Японии на Перл-Харбор: «Враги в форме были пока далеки, под рукой были те, кого средний американец считал союзниками микадо — японцы, проживающие в США. Они жили в штатах, прилегавших к западному побережью, главным образом в Калифорнии… Уже в первые дни войны было арестовано 1266 японцев как «подозрительные». Тысяч восемь японцев попытались было избежать печальной участи и рассеялись по стране. Везде, где бы они ни появлялись, их преследовали. Губернаторы штатов призывали к лютой ненависти к ним. Губернатор Айдахо Ч.Кларк учил: «Япошки живут как крысы, размножаются, как крысы, ведут себя, как крысы». В дверях ресторанов выставляли объявления: «Здесь травят крыс и япошек», в парикмахерских: «Япошек бреют, за смерть не отвечают». Им отказывали в магазинах, о работе говорить не приходилось… В военном министерстве составили подробные планы заключения их поголовно, включая женщин и детей, в концентрационные лагеря (заметьте — не переселение в другую местность, как в Союзе, а заключение в лагеря. — К. X.). Дело оставалось за санкцией президента. Рузвельт, занятый по горло текущими военными делами, не имел времени рассматривать объемистое досье. Он решил дело просто и оперативно: 11 февраля (уже 1942 года) президент по телефону отдал соответствующий приказ военному министру Симпсону. Судьба более 100 тысяч человек, из них свыше 60 тысяч женщин и детей, была решена в ходе одного телефонного разговора! В отдаленных местностях США были сооружены концентрационные лагеря, куда за колючую проволоку американские солдаты загнали несчастных людей» [71, стр. 466, 467]. Но может быть, в лагерях с японцами обращались более гуманно, чем с немцами при переселении? Увы, нет. «В начале 1945 года 5766 американцев японского происхождения, доведенные до отчаяния издевательствами в одном из лагерей, демонстративно отказались от гражданства США» [стр. 469]. И все это происходило в демократической Америке, чего же было ждать от тоталитарного советского режима? К сожалению, чрезвычайные обстоятельства военного времени вызывали много спонтанных несправедливых действий. Нельзя все же не отметить, что еще в советский период репрессированные народы были реабилитированы и возвращены в места прежнего проживания. Исключение составили лишь немцы, республика которых в Поволжье не восстановлена и до сих пор. Но мы к этому еще вернемся.