Читаем Россия. Снова эксперимент полностью

Хотя эпоха Горбачева и завершилась крахом Советского государства, нельзя не отметить и позитивные результаты его деяний. Прежде всего, он сумел прекратить затеянную его предшественниками бессмысленную войну в Афганистане. Был достигнут ощутимый прогресс в вопросе сокращения вооружений, да и вообще в глазах Запада Советский Союз, а за ним и Россия, перестали быть «империей зла». Был вызволен из горьковской ссылки академик А.Д.Сахаров, и прекратились преследования инакомыслящих. Получили свободу бывшие страны социалистического лагеря и произошло объединение Германии. Но от остальных начинаний Горбачева остались лишь благие намерения. Особенно удручает тот факт, что на финише своего правления он планировал создание в Сибири большого нефтехимического комплекса. Это было как раз в то время, когда упала цена на сырую нефть. А продукты ее переработки, «где основную долю цены составляет не сырье, а труд» стали бы существенно дороже. «Тогда, к сожалению, политическая неразбериха не позволила довести разумную идею до осуществления. Одним из активнейших публичных оппонентов проекта оказался заместитель главного редактора ежемесячника «Коммунист» Егор Тимурович Гайдар (в то время — К.Х.).» [175, стр.172]. Там же авторы отмечают: «Впрочем на всех последующих постах он (Гайдар — К.Х.) проявлял столь же впечатляющую нечувствительность к стратегическим планам». Как в воду смотрели авторы, в чем мы убедимся далее. А как бы это пригодилось в наше время, когда страна прочно села на «нефтяную иглу».

Как раз на финише правления Горбачева обострилась борьба между ним и Ельциным. Собственно, слово «борьба» звучит здесь не совсем точно. Горбачев правил и терпел неудачи, на которых Ельцин набирал очки. На этом фоне взоры демократов, сторонников более радикальных реформ, а также откровенно деструктивных элементов обращались в сторону Ельцина. При поддержке всей этой разношерстной компании Ельцин стал во главе Российской Федерации и начал проводить курс, совершенно самостоятельный от центра. Венцом этих действий стал отказ России вносить свою долю в союзный бюджет, что буквально взорвало финансовую систему Союза.

Безошибочный инстинкт подсказал Ельцину линию поведения во время августовского путча 1991 года. После провала путчистов и вызволения Горбачева из форосского заточения последний уже смотрелся как свадебный генерал на пиру победителей во главе с Ельциным. Для того, чтобы легимитизировать свою власть, Ельцин умело воспользовался фактором Кравчука, примазавшегося в последний момент к движению за независимость Украины. И беловежский сговор поставил точку на существовании Советского Союза.

Три лидера славянских республик (Б.Ельцин, Л.Кравчук, С.Шушкевич) в декабре того же 1991 года собрались в глухом белорусском лесу и провозгласили тройственный союз России, Украины и Беларуси. Уже на первом этапе союз обнаружил свою непрочность из-за непреодолимых противоречий Украины с Россией. Однако вокруг этого ядра уже успели сгруппироваться большинство бывших советских республик, и они образовали новую, совершенно нежизненную структуру — СНГ, назначение которой было хоть как-то закамуфлировать распад Советского Союза. Тем не менее раздел произошел, хоть и со множеством неясностей в отношении границ, армии, долгов, собственности и т. д. Распался некогда единый организм. Исконно русские города, такие как Севастополь, Семипалатинск остались за пределами России, Казахстан остался один на один с аральской бедой, Беларусь — с последствиями чернобыльской катастрофы. Позже прежний лидер Беларуси С.Шушкевич, один из беловежской тройки признает: «Допускаю, что меня просто околпачили» [74]. Впоследствии плотно насаженный колпак удалось снять благодаря усилиям А.Лукашенко. Однако в тот момент лидеры всех республик безропотно приняли решение тройки, некоторое недовольство выразил лишь Н.Назарбаев, популярность которого в Союзе резко возросла в последние годы. Несколько позже будет упомянуто о том, что даже планировалось его выдвижение на пост премьера Союза вместо Павлова. Для лидеров остальных республик, представителей «ожиревшей» номенклатуры, новая ситуация означала освобождение от надзора центра, от отчетности перед ним, превращала их в полных хозяев своих вотчин. Где уж им было думать о резком ухудшении уровня жизни своих народов? Не они же сейчас мигрируют в Москву наниматься в дворники или уборщики. Как бы то ни было, но последняя империя на этой же ноте прекратила свое существование.