Борис Александрович Пономарёв

Роща Ромове. Тени темноты

© Пономарёв Б. А., 2023

© Копченов П. Н., карта на форзаце, 2023

© Оформление серии. АО «Издательство «Детская литература», 2023

Роща Ромове

Речка огибала невысокий холм по дуге с трёх сторон – кажется, это называлось излучиной. Наверное, летом её всю скрывали камышовые заросли, но сейчас, в сентябре, пожелтевшие хрупкие тростинки лишь местами поднимались из тихой, неподвижной воды, отражающей небо. Андрею это напомнило виденный где-то – в учебнике по мировой художественной культуре? – восточный акварельный рисунок с бамбуковой рощей, озером и закатом. Сходство было довольно сильным: до вечера ещё оставалось много времени, но солнце, отражаясь в речной воде, уже клонилось к горизонту. Ничего не поделать: осень и заход солнца так же неотвратимы, как и начало учебного года.

– Похоже, мы пришли? – спросил Андрей, останавливаясь.

– Ну, наверное… – ответил Лёша. – Дальше можно только в реку.

– И такой дуб тут только один, – добавила Света.

Она шла с Лёшей под руку. В лесу, на тропинке, это было не очень удобно, но здесь чаща уже сходила на нет. Тропка, вырвавшись на свободу, устремлялась к вершине холма, где возвышался огромный дуб. Его листья как будто и не начинали желтеть. Андрею на секунду показалось, что здесь, под этой громадной зелёной кроной, чудом сохранился кусочек августа – довольно нежаркий, приятно-свободный клочок лета, когда не нужно вставать по будильнику, чтобы идти в школу.

– Таня! – позвал он идущую рядом девушку. – Правда, красиво?

– Ага, – коротко ответила она, повернувшись.

Неторопливо шагая, все четверо – Лёша, Света, Таня и Андрей – поднялись на вершину холма. Там, совсем рядом с дубом, лежал плоский широкий валун размером с небольшой диван. Было непонятно, то ли этот серый гранитный памятник ледниковому периоду со временем ушёл наполовину в землю, то ли, наоборот, постепенно, год за годом выбирался наружу, к свету и солнцу. На каменной поверхности лежало несколько желудей, образуя замысловатое созвездие. Неподалёку в траве виднелся чёрный угольный след летнего кострища.

– Это и есть святилище? – спросила Таня.

От реки чуть тянуло прохладой, и Таня застегнула молнию кожаной куртки до подбородка. Андрею понравилось движение её тонких пальцев.

Света, отпустив руку Лёши, подошла прямо к дубу и попыталась обхватить огромное дерево – хотя бы на треть. На её небольшом рюкзачке сбоку болталась плетёная, украшенная птичьими перьями подвеска – миниатюрный индейский ловец снов.

– Я думаю, оно было здесь, – сказала Света, поднимая голову. Собранные в хвост чёрные волосы, упав назад, почти дотянулись до ремня её джинсов. – Но этому дубу лет…

– Сто пятьдесят? – предположил Лёша, обходя дерево с другой стороны.

Даже вдвоём со Светой им не удавалось обхватить могучий, покрытый трещиноватой корой ствол.

– Может, и двести, – отозвалась Света. – Но точно не девятьсот. Или этот дуб вырос на месте прежнего?

Таня поковыряла остатки кострища носком кроссовки, затем вытерла обувь о траву.

– Святилище было тут, – сказала она. – Судя по всему, на этом месте возносили жертвы Богу Жареных Сосисок.

– У меня они как раз есть, – сообщил невидимый Лёша с той стороны дерева. Было видно только его руку, сжавшую ладонь Светы. – Но, разумеется, сначала их надо будет приготовить на костре.

Договорив, Лёша обошёл дуб по кругу и прислонился к нему спиной. Света стала рядом и положила голову Лёше на плечо.

– Таня, сфоткай, пожалуйста, нас, – попросила она, протягивая телефон. – Но так, чтобы и реку было видно.

Подумав, Андрей смахнул жёлуди с валуна и, достав из рюкзака рулон вспененной резины, раскатал его по камню.

– Готово, – сказал он, прижимая рюкзаком край «пенки».

Света, закончив фотосессию и оставив в покое дуб, села на другой край коврика. Вытянув ноги, она два раза ударила кроссовками друг о друга и задумчиво посмотрела вперёд.

– Мне нравится сидеть под дубом и любоваться закатом, – сказала она. – Осень, равноденствие, полнолуние, что ещё нужно для счастья?

– Жаль, что нас с ночёвкой не отпустили, – добавил Лёша. – Было бы здорово. Вроде как мы уже взрослые. Об этом говорят все – особенно когда чего-то хотят от нас.

Андрей пожал плечами и бросил взгляд в сторону. Внутри незакрытого рюкзака, сбоку от термоса, белела обложка тетради по математике, оставшаяся каким-то образом со вчерашнего дня и напоминающая о том, что сегодня вечером хорошо бы сделать домашнее задание. Вздохнув, Андрей застегнул молнию, как бы отделяя себя от школьных будней, добравшихся до него даже здесь.

– Хорошо ещё, что меня вообще отпустили, – сказал он. – Я своим соврал, что мы на море поехали.