Я попросил девочку посчитать количество собственных зубов. Она замешкалась. Ситуация могла выдавать в ней ребенка. Но мне показалось, у нее появилось странное, подозрительное волнение. Я просил ее сделать все самой, чтобы не лазить ей пальцем в рот. В конце концов, она не смогла пересчитать зубы, то есть, дотрагиваться до них и считать, фиксируя их кончиком языка. Тогда я велел ей широко раскрыть рот. И сосчитал все зубы прямо так, как говорят «на весу», запоминая каждый в отдельности. Их оказалось 28, а у взрослого человека, как правило, 32 зуба. Для ее возраста – тоже норма и соответствовало 14-16-летней девочке. В это время, в 16-ть лет или даже в 14-ть, они и становятся половозрелыми. По совокупности всех параметров она явно опережала своих сверстниц.

Дальше предстояло идти в отделение гинекологии или в женскую консультацию. Там имелось гинекологическое кресло и необходимый набор инструментов. Я надеялся застать и нужного мне акушера-гинеколога и, желательно, женщину. Не любил главного гинеколога района Архова. О нем ходили разные слухи, после того, как он побывал за границей и несколько лет проработал в Эфиопии. Он не без бахвальства рассказывал о совместной работе с иностранными специалистами, тоже врачами-гинекологами. Мол, они оперируют женщин, наклоняя операционный стол так, чтобы голова находилась значительно ниже ног. Но лучше бы он такого не говорил. Он ведь имел в виду, что из-за подобного положения, кровь оттекает от матки и женщина во время операции меньше кровоточит, уменьшается кровопотеря. Но наш подобострастный народ сразу переиначил его рассказ, и стали уже говорить, что он оперирует их верх ногами – женщины у него то ли лежат, то ли даже висят, подвешенные за стопы. Слухи о чуде-докторе очень быстро разнесутся, кто-то будет называть его волшебником, а кто-то – магом и чародеем. Шлейф величия потянется за ним, и тут он согласится стать главным врачом. Тогда все и увидели мямлю, и жизнь в больнице превратилась в унылую тягомотину. Даже стали сомневаться в его мужских качествах. А ведь когда-то ему записали в любовницы сначала жену глазного врача – коллегу по цеху, а потом – сексапильную выскочку, которую он пригласит в заместители, чтобы она занималась страховой медициной. В результате, та облапошит его. Украдет большую сумму денег. Пообещает поделиться. Уедет в Москву. Купит себе там квартиру. А его, бывшего шефа, пошлет куда подальше… А кто знал всю историю из первых уст, говорили, что она послала его на три известных буквы. Но, работая гинекологом, он был смешным для коллег. Я бы не поверил, если бы не увидел сам, как он, прижигая эрозию шейки матки, и на стоны и крики женщины реагировал в буквальном смысле, как недоучка. Он дул ей на место прижигания и приговаривал:

– Ничего… Ничего… Потерпи, милая! – именно так делают только матери, когда дуют на обожженную руку своему ребенку.

Повстречавшись однажды со своим одноклассником, Треплевым Иваном, я услышал об Архове еще одну забавную историю, если бы она не оказалась столь драматичной…

– Представляешь, Серега, – говорил мне Иван, – жену стали мучить боли по женской линии. Пошли к гинекологу. Ну, помнишь, наверное, нашу одноклассницу. В Москву еще уехала работать, Валентину Афанасьеву. Я уже не помню, какая фамилия у нее по мужу. В общем, она посмотрела мою жену без очереди. Говорит, что эрозия шейки матки, через неделю пригласила на прижигание. Ну, мы в панике. Ночь не спим. Вторую не спим. Я уже тоже не сплю. Чувствую, и у меня там, – он показал ниже пояса, – тоже что-то не так, болит и ноет, вроде. А тут соседка моей жене говорит: да чего всех слушать, у нас один гинеколог в городе признанный. И на Архова намекает. Нашел знакомых. Через них жену к нему отвел. Учу жену, чтобы про диагноз свой не говорила, мол, врачи друг по дружке горой за своих… Профессиональная солидарность… Этика! Ну а тот не въехал, слеподырый. «На что жалуетесь?» – Иван изобразил Архова, очень похожим на недотепу. – Жена говорит, что хочет провериться, мол, возраст уже, за здоровьем следить пора. Он ее посмотрел и сказал: все хорошо, у вас никаких проблем, не беспокойтесь. Ну, мы тут обрадовались. Жене сразу легче стало. А я про себя еще подумал, вот недаром же говорят про него – взглянет или притронется и болезнь сама проходит. Думаю, может, у моей, что и было, так от одного посещения, вероятно, прошло. Жену-то жалко. Дети у нас. Двое. Живем давно. Друг без друга уже не можем. Только счастье наше длилось недолго. Через неделю снова боли начались, ну и все такое. Ты же, как врач, понимаешь. Но еще не верим, ждем. Целый месяц опять прождали. Уже почти два. Все переживаем. Опять к Валентине. А та нам заявляет: что же вы тянули столько, говорила же, через неделю приходите. Прижгла эрозию. И забыла жена про болезнь свою. Нет, правду говорят, никогда блатные хорошими врачами не становятся!

10