Читаем Рон полностью

— Да, и это на редкость чисто сработано. Человек знал, что делает. А я, кажется, знаю, кто он такой.

— Кто же? — хором спросили король и верховный маг.

— Это пока не важно, я не уверен. Сейчас нам надо решить, что делать с нашей единственной точкой. По-моему, ее пора эвакуировать.

— Но почему бы не повести наступление через нее? — недовольно возразил Эмрио. — Там уже двенадцать магов, и если хорошо постараться…

— Даже если они будут работать как звери, — прервал его Фингар. — Они и те, кого мы пришлем им на помощь не смогут за сутки перебросить больше пяти тысяч человек.

— А это что, мало?

— Много. Много для одного форта, но не для всех вооруженных сил Ротонны, которые, я уверен, уже мобилизованы. Им придется принять бой. А, кроме того, если это тот человек, на которого я думаю, то он найдет ее в три часа.

— Но ведь до сих пор не нашел! Он, верно, полагает, что взял всех! И это — наша удача!

— Ладно, надо передать им, чтобы послали эдоров в разведку после того, как примут вторую партию. Но магов я бы пока отправлять не стал.

— Что ж, будь по-вашему. Но если из-за Вашей медлительности…

— А если из-за Вашего безрассудства, — повысил голос Фингар, — в плен попадет еще двенадцать магов… — он с раздражением взялся за кубок.

Эмрио и Чезент последовали его примеру. Они не успели соприкоснуться мыслями с магом на том конце, как тот вздрогнул и выронил кубок из рук. Фингар вскочил. Он и его соседи могли теперь только наблюдать. Они видели, как беззвучно вскочили эдоры и попадали, пораженные стрелами. Эмрио застонал, когда увидел среди раненых двух магов.

— Ничего, сейчас они им! — с остервенением шептал он. — Но что они делают?!

Маги легли на траву ничком, вытянув вперед руки. Из-за деревьев вышли люди с золотисто-коричневой кожей и серыми волнистыми волосами и начали избивать лежащих обмотанными тряпками дубинками. Затем они забрали пленных, и поляна опустела.

x x x

— Вот и все. Мы проиграли. — с горькой усмешкой сказал Мэйдон. — Мастерски сделано.

— Десант, немедленно! — вскричал король.

— Бесполезно. Через час они уже будут в глубине материка. Да и какой тут десант, у них в руках 50 волшебников и 30 магов! Впрочем, я думаю, они и к десанту готовы. Хорошо, что мы не успели послать вторую группу! Наш враг предусмотрел все, даже, как обезвредить магов! Звезды, какая светлая голова! Он управился тютелька в тютельку! Мы до последней минуты ничего не подозревали! Даже помогли!

— Да кто же он?! — закричал Эмрио.

— Наш юный талант — Ронис Ворансон.

— Но… но вы же сказали, что он покончил с собой!

— Я сказал, мне сказали, все говорили, но никто не видел, что произошло.

— А труп?

— В нем-то все и дело. Если мы видим перед собой живого человека, мы можем быть уверены, что он тут. Но если мы видим лишь тело — отнюдь нет. Меня сразу привело в легкое недоумение это мнимое самоубийство. Это не в характере Рона, во всяком случае такое впечатление я вынес из нашей единственной встречи.

— Иллюзия? — неуверенно предположил король.

— Какое там! — поморщился Мэйдон. — Не говорите глупостей, Эмрио.

— Он скопировал себя. — глухо проговорил Чезент.

— Скопировал? Но как это возможно?

— А что Вас удивляет? — спросил верховный маг. — Целители занимаются этим каждый день, да и для трансформаторов не является секретом такая возможность. Достаточно в кристалле отразить одну часть системы на другую и перестроить.

— Все не совсем так просто, как ты говоришь. — Задумчиво произнес Мэйдон. — Видишь ли, в обоих случаях кристалл жестко связан с некоторой материей. Рон же воспользовался другим способом — перенес информацию от одного объекта на кристалл и направил его на другой.

— Почему именно так? — Чезент был немного недоволен тем, что Мэйдон так уверенно оспаривает его точку зрения.

— Лет эдак четыреста назад в этом направлении велись эксперименты, да ты, наверное, знаешь, — Чезент кивнул. — Дело в том, что при первом способе копирования живых объектов оба умирают.

— Я этого не знал. Интересно. А почему?

— Не знаю наверняка. Рон, вероятно, тоже проводил подобные опыты. Если посмотреть на это с точки зрения здравого смысла, то получается так: в случае переноса или исцеления к моменту окончания перестройки существует только один из уникальных объектов, и альтернативы не остается. В случае новой привязки кристалла возникают, конечно, два объекта, а, точнее, появляется еще один. Первый же с момента считывания информации никак не трогают. Если нет достаточно веских причин для того, чтобы человек умер в одном теле и возник в другом, то этого и не происходит. Равновесия нет, — Чезент энергично кивал. — старое тело имеет приоритет, значит, новое, как правило, остается ни с чем. Теперь рассмотрим единую систему. Здесь происходит перестройка обоих объектов. Восстановление, по всей видимости, идет вдоль плоскости отражения и кончается одновременно. Равновесие, которое при этом возникает, вероятно, достаточно устойчиво, чтобы вызвать неопределенность, и проблема решается таким трагическим образом. Но с человеком, конечно, никто подобных экспериментов не проводил.