Читаем Ромен Гари, хамелеон полностью

Затем их проводили в гостиницу «Сент-Стивен Хаус», где в июне 1940 года ненадолго останавливался Шарль де Голль. Он поселился в скромном гостиничном номере на берегу Темзы. Соглашения с Уинстоном Черчиллем позволили ему вскоре перебраться в более комфортабельное, а главное, более удобное жилище — в особняк в Карлтон-Гарденз. Генерал был слишком занят, чтобы принимать у себя простых солдат. В 1958 году в очерке «Человек, который был одинок, чтобы спасти Францию»{266} Гари писал:

Де Голль не мог позволить себе предстать в глазах окружающих обычным человеком — ему нужно было стать легендой. Политическая задача, которую он поставил, казалась невыполнимой, и он сам признается в воспоминаниях, что не раз испытывал соблазн всё бросить. Разве его не лишили родины, не приговорили к смертной казни? Кто еще был на его стороне, кроме нескольких тысяч добровольцев?

По воспоминаниям полковника Суфле, в действительности некоторые из них сначала отказались служить под командованием де Голля: «Я не понимал, почему мы должны идти на службу к какому-то бригадному генералу»{267}.

Восьмого августа 1940 года сержант Роман Касев вступил в ряды ВВС «Свободной Франции» под номером 30349{268}.

Новобранцы были направлены на крупную авиабазу Королевских ВВС{269} в Сент-Этане, под Кардиффом (Уэльс). Здесь ничего не происходило, летали они очень редко. В Сент-Этане Гари познакомился с Марселем Буазо, который преподавал 470 добровольцам математику, самолетовождение и навыки бомбардировки.

Восьмого июля 1940 года де Голль, опасаясь, что все его 200 французских летчиков рассеются в рядах ВВС Великобритании, обратился к ним с речью, навсегда врезавшейся в память Гари:

Немцы потерпят поражение, ибо они, обладая современной военной техникой, по уровню сознания граничат с варварами, а время варваров прошло{270}.

Только благодаря отчаянному упорству генерала де Голля британский генеральный штаб принял новый принцип организации Королевских ВВС, основанный на включении в их состав специальных французских подразделений.


В июле и сентябре Роман Касев, 1 сентября 1940 года в Веллингтоне возведенный в звание адъютанта, участвовал в рядах Королевских ВВС в двух ночных бомбардировках над территорией Германии на самолете Blenheim IV[22].


Наряду с 74 своими товарищами Гари входил в летный состав первой эскадрильи бомбардировщиков TOE 5, «Топик», располагавшей восемью Blenheim. При организации эскадрильи, 15 сентября 1940 года, Ромен Гари де Касев, как он тогда себя называл, стал пулеметчиком под командованием капитана Жана Астье де Вийята.


Первая эскадрилья бомбардировщиков «Лотарингия» была официально сформирована 24 сентября 1941 года приказом генштаба ВВС «Свободной Франции» в Великобритании. Командующий ВВС генерал Вален решил присвоить всем боевым единицам «Свободной Франции» названия французских провинций{271}.

«Лотарингия» стала результатом слияния первой резервной (сформирована в декабре 1940 года) и второй (с марта 1941 года) эскадрилий бомбардировщиков.

Одиннадцатого ноября 1941 года генерал де Лармина представил подразделение маршалу авиации Теддеру, командующему Королевскими ВВС на Ближнем Востоке, который взял его под свое командование. «Лотарингия» входила в 270-ю часть (крыло), включавшую три британские эскадрильи.

Перейти на страницу:

Все книги серии Имена (Деком)

Пристрастные рассказы
Пристрастные рассказы

Эта книга осуществила мечту Лили Брик об издании воспоминаний, которые она писала долгие годы, мало надеясь на публикацию.Прошло более тридцати лет с тех пор, как ушла из жизни та, о которой великий поэт писал — «кроме любви твоей, мне нету солнца», а имя Лили Брик по-прежнему привлекает к себе внимание. Публикаций, посвященных ей, немало. Но издательство ДЕКОМ было первым, выпустившим в 2005 году книгу самой Лили Юрьевны. В нее вошли воспоминания, дневники и письма Л. Ю. Б., а также не публиковавшиеся прежде рисунки и записки В. В. Маяковского из архивов Лили Брик и семьи Катанян. «Пристрастные рассказы» сразу вызвали большой интерес у читателей и критиков. Настоящее издание значительно отличается от предыдущего, в него включены новые главы и воспоминания, редакторские комментарии, а также новые иллюстрации.Предисловие и комментарии Якова Иосифовича Гройсмана. Составители — Я. И. Гройсман, И. Ю. Генс.

Лиля Юрьевна Брик

Биографии и Мемуары / Литературоведение / Документальное

Похожие книги

100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное