Читаем Ромейское царство полностью

Тем временем император облачался в специальные одежды и молился, падя ниц со свечой в руке, после чего в зале, примыкавшей к его ложе на Ипподроме, принимал сановников, обладавших привилегией находится рядом с ним во время представления. Под славословия собравшихся, давно томившихся ожиданием зрителей, двери по знаку открывались и царь, наконец, появлялся в самой Кафисме, усаживаясь на стоявший на возвышении трон. Трижды благословив крестным знамением массы собравшихся, приветствовавших его, он ждал установления полной тишины, в которой начинало торжественно и все более сильно, мощно звучать слаженное пение хоров димов. Присутствовавшие сановники низко кланялись императору и, наконец, по знаку самого государя либо его консула маппарий кидал на арену заветную маппу — белый платок в качестве сигнала начала первого заезда колесниц. Четыре двери Карцеров стремительно распахивались и на арену под неистовые крики зрителей вырывались первые четыре упряжки (по одной от каждого Карцера), выбранные в результате жеребьевке, которая определяла и беговую дорожку, дальнюю или ближнюю по отношению к Спине. Колесницы должны были, двигаясь против часовой стрелки, промчаться в забеге обычно семь скаковых кругов, которые отсчитывали, убирая с овария — возвышения на Спине по одному крупные страусовые или деревянные яйца, по-гречески овы, лежавших на виду у зрителей.

Выигрывал лишь тот единственный возница колесницы, чья упряжка приходила первой. Вторых и третьих мест не было — либо безусловная победа, либо столь же безусловное поражение. Каждый раз димы вдохновенно скандировали лозунги в честь императора, который был центральной фигурой соревнований. Победа любой из колесниц была его победой. Недаром бега обязательно проводились по случаю восшествия на престол, победных триумфов, приема чужеземных делегаций, дней рождения царя и дня основания Константинополя.

Но львиная доля славы все же доставалась гениоху-победителю. В награду, на виду у всех, под Кафисмой, он получал из рук префекта, по-гречески эпарха города, или от самого императора венок или пальмовую ветвь, оригарион — драгоценный золотой символ, серебряный шлем или пояс, богатую одежду, а, случалось, и литру (римский фунт) золота в виде 72 монет. По значимости этот солидный приз равнялся годовому доходу ромейской крестьянской семьи средней состоятельности.