Читаем Ромб полностью

– Про подводные лодки я пыталась выяснять. Это намного сложнее, но смысл в том, что они вообще там редко бывают. Самолёты бывало пролетали и сейчас бывает, что пролетают прямо над ромбом, но только на очень большой высоте. На кукурузнике или небольшой амфибии туда не долететь.

Пётр не поверил:

– Никто и никогда не залетал туда? Пониже и на самолётах поменьше?

– Сами подумайте, кому надо лететь за тысячи километров пусть даже и на большой амфибии в середину океана где нет даже никаких островков? И что это за ромб вообще? Если кто-то может создавать мини-тайфуны, то он с большой вероятностью может также погружаться и под воду, при необходимости. Но, как я думаю, он зачем-то временами отгоняет неудобных в определённый для него период визитёров.

– Тогда потенциальным исследователям надо быть готовыми к ожиданию, на случай, если он будет под водой. Слава богу, что там всегда отличная погода.

Они наконец-то доели свои бюргеры и картофель фри запивая их колой.

– Ну и что Вы скажите? – Барбара встала, собираясь уходить, – зря пролетели одиннадцать тысяч километров?

– Каковы шансы найти спутниковые снимки этой части Тихого океана на дату и время попадания теми капитанами в невозможные и, соответственно, не предсказанные никем тайфуны?

– Вы невнимательно читали статью, – она вышла из-за стола, – на двух спутниковых снимках во время нахождения двоих капитанов в этих координатах ясно различимы мини-завихрения в позициях, попавших в непогоду судов.

– Удивительно, что это никого не заинтересовало!

– Так сильно, как Вас, никого, – она пошла на выход поправляя кошмарную причёску, – капитаны могут и насочинят, а насчёт снимков – это могло быть какое-нибудь похожее облачное скопление. Так мне объяснили мои коллеги.

– Но меня заинтересовала не только статья, – он догнал её уже возле самого выхода, – Вы тоже меня заинтересовали.

– И чем же? – она уходила не останавливаясь, – ужасной копной на голове?

– Вы ведь точно хотите выяснить, что там происходит?

Она остановилась, повернула только одну голову и посмотрела на него таким же пристальным и долгим взглядом, как и перед началом своего рассказа почти час назад. Он ни на долю секунды не отвёл глаза.

– Да, но пока не могу подобрать реальный способ, как лучше туда подобраться, – она полностью развернулась к нему, – только не смейтесь надо мной!

– Разве мне смешно? – он подошёл к ней ближе и приподнял левый локоть, приглашая её взять его под руку, – давайте, прогуляемся, дождя уже нет.

Она взяла его под руку и впервые за почти два десятка лет, ощутила давно забытое с детства чувство нахождения рядом с приятным и интересным ей человеком.

До полуночи у них возникло несколько предварительных идей о том, как можно было бы сначала добраться, а затем и проникнуть в пространство этого загадочного, во всяком случае для них, ромба. Вопрос финансирования оставался открытым, но у Петра были кое-какие мысли на этот счёт. Ещё вчера в самолёте он знал, что так и поступит в случае необходимости. Ближе к полуночи на его заявление, что пора её проводить, а ему ехать в гостиницу, она ответила так:

– Я уверена, Пётр, что у Вас скорее всего пока ещё нет никакого номера в гостинице, – она смотрела на него как всегда не опуская глаз, – как и у меня нет опыта общения с мужчинами в такое время и таких ситуациях.

– Ничего, это не проблема, гостиниц и номеров навалом.

– У меня есть место проживания и оно совсем рядом, – она немного потянула его под руку, – найдём способ, как Вам там переночевать. Если Вам будет не жёстко спать на полу на тонком матрасе.

Как у преподавателя, у Барбары была своя отдельная комната в общежитии при университете. Надо ли описывать лицо вахтёрши с сорокалетним стажем, когда она в полпервого утра увидела на проходной бэху в сопровождении симпатичного спортсмена. Баба Таня ничего не ответила на «доброй ночи», и далее не проронив ни слова лишь кивнула им три раза с промежутками в две-три секунды сопровождая их поворотом головы. В комнате Пётр расположился на обещанном матраце. Так как он совсем немного поспал в самолёте за последние сутки, Барбара не успела до конца объяснить ему проблемы со своим отпуском в декабре – январе, в период наилучшей погоды в этой части Тихого океана и двух дат встреч аномалии японским и европейским капитанами. Шторы были закрыты, и в почти полной темноте она не сразу поняла, что Пётр несколько минут назад буквально провалился в сон.

Утром она не хотела его будить, но он сам проснулся. И настоял, что проводит её до университета.

– Хорошо, а что ты потом будешь делать?

Тут она запнулась, у неё чуть порозовели щёки, и она отвернулась. Он не сразу сообразил из-за чего, и поэтому немного испугался резкому изменению её поведения. Но через несколько секунд понял и не скрывая своей радости ответил:

– Потом я не буду терять ни минуты. Но не забуду встретить тебя, как и вчера вечером, после твоей третьей пары.

Немного постояв, она повернулась обратно уже в отличном настроении:

– И как Вы собираетесь не терять ни минуты?