Читаем Ромашки для королевы полностью

– Куда собрался?

– До Круга мудрых и обратно, – вздохнул король. – Сэль, ну честное слово, пару месяцев поброжу туда-сюда.

– Ты можешь по следу недельной давности указать породу и возраст оленя, а то, что жена – того, знает вся долина, кроме следопыта, – возмутилась она. – Ну, извиняйся!

– И давно – того? – заинтересовался Орильр, расставаясь с мешком.

– С весны. Интересно, что может уродиться у ведьмы и такого неправильного эльфа, который и на эльфа-то не особенно похож? Ты вообще в курсе, что в нормальной семье у нас в деревне… Эй, ты меня слушаешь?

Орильр рассмеялся и, отобрав у ведьмы клинки, бережно повесил на ковер над камином. Устроил жену в кресле, сел на пол и изобразил глубокое внимание. Черноглазая довольно кивнула.

– Люблю про вашу деревню слушать, – улыбнулся Орильр. – Говорят, твоя тетушка сильно поумнела, похудела и похорошела. Более того – подобрела.

– Ее навестила Эриль, во второй раз, – хихикнула Сэльви. – Сообщила новые условия, это называется план лечения. Так вот, у нас в деревне считается, что детей в доме должно быть много. Хотя бы штук пять, тогда из них вырастут нормальные люди.

– Эльфы. И мне не нравится, что ты их меряешь штуками.

– Привереда! – возмутилась Сэльви. – Вот пять душ воспитаешь – и вперед, хоть до Круга, хоть дальше. Только не забудь меня с собой взять. А они пусть отдуваются за нас – балы всякие, визиты к королям и так далее. Дети должны отвечать за грехи родителей. Корона – их бремя, а мы ка-ак сбежим! И не делай задумчивое лицо, я же не прошу тебя учиться играть на арфе! Я требую научить меня по-настоящему работать тонким клинком, не хуже Эриль. А то она меня уже три раза побила. Сегодня.

– Ладно, как ты мне обещала, мы потом сбежим, – сдался Орильр. – С клинком сложнее, но тоже будем стараться. И знаешь, в нашей деревне пока не было многодетных эльфов. Это даже грустно.

– Я их воспитаю, – прищурилась Сэльви. – Вот с Эриль и начну. Потом выдам замуж бабушку. Затем женю Жаса – хватит ему делать вид, что в городе нет трех улиц, где ему особенно хочется бывать, потому что кто-то невесть сколько веков назад кого-то обидел.

– А они не сбегут? – уточнил Орильр.

– Поздно, – рассмеялась ведьма. – Я королева, и подданные будут стонать, но терпеть. Я такая одна.

– Единственная, – поклонился Орильр.

И подумал, что она права. Единственная может позволить себе быть капризной. Ведь должен же кто-то научить эльфов жить нормальной жизнью – общаться, прощать обиды, строить семьи и воспитывать детей. Потому что его сородичам именно этого и не хватает для того, чтобы жить век за веком без тоски, сохраняя в душе радость.