Читаем Ромашки для королевы полностью

– У Роны выспросила, пока вы глупо напивались. И запомнила, – гордо сообщила Сэльви. – Потом еще с Риром обсудила. Он у меня умный, он все знает. Он сказал, что ваш бог не любит тех, кто ставит вещи – например, золото – выше труда. И их метит малорослостью. А прочие безвинно страдают. Потому что вы очень засиделись в своих пещерах.

Мастер слушал разговор за спиной вполслуха. Он уже очистил скалу от мха и ощупал ее, знакомясь. Примерился к удобной трещинке и, помолившись Труженику, опустил острую кирку, отбивая первый пробный камень. Схватил, жадно изучил скол. И кивнул Рртыху – хорошее место, верное. Рыжий заулыбался. Теперь гномы точно приживутся здесь. Значит, нужно начинать и второй разговор, не мешкая.

– Сэльви, я так понял, ты у эльфов теперь королева?

– Да, хотя не знаю, как они, бедняжечки, это выдержат. Я же не особенно покладистая.

– У меня как раз для тебя есть дело. Пошли. Познакомлю с Тафи, она уже вернулась, наверное. С утра заклинала огонь, чтобы черепицу вам для крыши наилучшую соорудить.

– Это твой знахарь?

– Моя невеста. Только дед Збыр полагает, что она не годна ни в знахари, ни в жены. Мне что, у меня шея крепкая. Но ее-то никак нельзя обижать, понимаешь? А как мне Тафи одному от деда защитить – и ума не приложу.

– Деда я воспитаю, – прищурилась ведьма.

– И нас поженишь, – довольно закончил Рртых. – На вашем балу, осенью.

В середине лета гномы открыли тоннель. Сперва только верхний, снова названный Садом гостей, как в древние времена, еще до воздвижения Стены вокруг страны эльфов. Теперь он и правда был похож на сад. В пещерах, где висели «солнышки», охотно росли цветы и невысокие деревья. В значительной мере благодаря этому – то есть сокращению времени на путешествия – осенний бал в долине Лирро удался на славу.

Правда, по мнению самых старших и привередливых эльфов, он не был настоящим балом их расы. Потому что приглашенных инородцев оказалось так много, что для них пришлось строить временный город. Строили сами гости – точнее, гости-гномы. Жависэль, после гибели преступного Лэйлирра ставший полноправным наместником нового короля эльфов в долине Лирро, сразу понял – подгорные жители времянок строить не умеют. Но именно он ничуть не возражал против соседства с гномами. И даже сам уговорил королеву Рону принять на воспитание сотни три наиболее тяжковиновных приспешников прежнего короля эльфов, вышедших из сна забвения. Еще летом их отослали в горные шахты – «переделывать» в нормальных гномов, как пообещал Збыр, изучая свою новую, пока еще не особенно кривую, кирку.

Людей на балу тоже оказалось немало. Лесния гуляла массово – от князя и его дальнего родича Брава до рядовых заставников. Рониг представлен был чуть скромнее, но король так вдохновился кухней и танцами, что окончательно решил учинить у себя весенние балы – чем люди хуже эльфов?

Гномы праздновали с большим размахом.

Рртых за лето вгрызся в кряж очень основательно и переманил к себе до пяти тысяч мастеровых подгорников. Железо близ Рэлло оказалось и правда отменным. Поселение обещало быстро разрастись в нормальную подгорную страну, да еще и имеющую продолжение на поверхности.

Страхи Рртыха по поводу свадьбы и несогласия родни оказались почти напрасными. Рона за лето сама воспитала деда. Правда, хитрая королева утверждала, что рост невесты наследника – неполных четыре фута. А еще припоминала, что у девушки имеется небольшой горбик. Но это пустяки, она работящая, да и готовит вкусно.

После такого запредельного ужаса, Збыр, увидав Тафи, счел ее вполне даже высокой и очень красивой.

Конечно же, главной радостью эльфов на осеннем балу была их новая королевская семья. А точнее – королева, к Орильру все уже привыкли и от него не ждали чего-то нового. «Хороший крепкий король», – так это обозначил Рртых, и с ним не спорили. Сам король эльфов втайне очень переживал: как примут его жену? Ведь ее внешность для вечных совершенно необычна. Волосы черные до синевы, бледная кожа, и глаза, в которых плещется ночной огонь. К тому же Эриль выбрала из всех сшитых платьев для главного бала не просто темное, а черное, с богатой вышивкой серебром. Такое же необычное для эльфов, как и сама Сэльви.

Люди сочли королеву эльфов обворожительной и возгордились, что происходит она из их народа.

А сами эльфы, к удивлению Орильра, очень обрадовались, что Сэльви ни на кого не похожа и не изменилась после обряда, став эльфом. И стали вспоминать имена, уже однажды принадлежавшие другой королеве. Ведь и Сэльви – она такая одна-единственная, значит, Единственная! Она знает магию древних и умеет лечить, ее доброты хватает на всех – значит, у эльфов опять есть Сердце!

Правда, в отличие от древней, черноглазая королева не уважает этикет, но ей можно простить все. Даже то, что она не собирается сидеть во дворце. Зато король от нее не отходит…

Орильр попробовал сбежать через год – сразу после очередного бала. Бдительная ведьма ждала его, намотав на руку ремень правого из пары любимых клинков мужа и устроив левый за спиной. Глянула мрачно, показала маленький кулачок.