Читаем Ромашки для королевы полностью

От Мартига, совершенно счастливого полученными из первых уст новостями об окончании войны и уничтожении ведимов, Сэльви и Орильр уехали на отличных конях. Еще они получили егерскую подорожную, по которой этих лошадей могли менять во всех королевских конюшнях. Седой предпочел бы двигаться пешком, а точнее, бегом. Но эльф видел, что его черноглазой ведьме нездоровится. Иногда у нее начинала снова болеть голова, озноб пробирал до костей. А временами магия покидала Сэльви настолько, что даже простейшие заклинания ей не удавались. Но несмотря на болезненное состояние, дорога девушке нравилась. В первый раз они уехали куда-то вдвоем, и никто не мешает разговаривать, смотреть по сторонам, останавливаться в любом трактире. Никто не торопит и не угрожает плохими новостями.

Седой свою жену взялся обучать основам эльфийской магии, а еще он рассказывал про историю Ронига, горы, древнюю долину эльфов. Именно туда Орильр, само собой, и направлялся. Он помнил страну разоренной и сожженной дотла. И мечтал взглянуть на нее снова. Прошло очень много веков. Может быть, черные пустыни снова зацвели? Ехать предстояло через весь Рониг, до дальнего восточного отрога гномьего кряжа. В его лапах, обращенных к югу, и лежала земля Рэлло.

– А как же Лирро? – расстроилась Сэльви. – Там красиво и соседи хорошие. Лесния, гномы…

– Сэль, до создания Черной стены эльфы никогда не жили все в одном месте. Тем более – всегда в одном месте. У моих родителей до войны было три или четыре дома, хоть я этого счастливого времени и не застал, но знаю. Зиму хорошо провести на севере, если захочется. Или наоборот – на теплом юге. А осень красива где-то еще. Рэлло – земля, где нас было особенно много. И еще там чаще всего удавалось застать короля. Там был красивый дворец, в котором проходили осенние балы. Вот и все. Если эта земля не занята, я бы хотел вернуть ее нам. Лирро красивая долина. И оттуда многие не захотят уходить. Полагаю, часть пожилых гномов охотно выберется греться на солнышке. И у нас тоже там есть свой дом.

Сэльви кивнула и заулыбалась. Ей особенно понравилось «у нас». Это прозвучало очень уютно, по-семейному. Но Орильр уже сменил тему и теперь говорил, что рассчитывает не спеша, но и не мешкая, проехать в три месяца Рониг – это тысяча верст! И перебраться через невысокий перевал в Рэлло – весной. Там вообще зима очень короткая, зелени много, и птицы поют после холодов, как нигде больше.

Он часами рассказывал про этих птиц, про цветущие луга, синие горы облачного кряжа на севере, холмы и водопады, виноградники. И по мерцающей зелени глаз Орильра его жена понимала – там ему гораздо проще не быть воином. А еще там до сих пор легко вспоминать королеву. И последнее – не радовало.

Седой тоже переживал. Он видел, что жена буквально чахнет, бледнеет, глаза ее становятся ненормально огромными на очень худом лице, пальцы уже так прозрачны, что их страшно тронуть. И холода донимают Сэльви сильнее, чем прежде. Но зима, слава горну Труженика, уже отступала, а весна должна вернуть радость в душу черноглазой.

На седловине перевала расположилась последняя застава Ронига. Там приняли коней, охотно выделили комнаты для отдыха и рассказали о диких землях по ту сторону гор. Люди пытались селиться в чужих лесах, но им в Рэлло казалось неуютно. Странные сны, непонятные голоса и даже смутные воспоминания – это донимало так сильно, что рано или поздно поселенцы уходили. Бросали выстроенный дом и снимались с места.

Егерь из службы короля, пожилой и отчаянно скучающий в глуши, охотно болтал с приятными людьми. Тем более гости – редкость в этих местах.

– Не злая земля, но мы ее зовем «уделом призраков». Их иногда видят. Я сам видал однажды. И знаете – они не люди! Хоть и очень красивые, но чужие. Двигаются удивительно легко. Если присмотреться – то, наверное, эльфы. Их так в сказках изображают. Мне повезло – я их видел на озере. Танцевали на дальнем берегу. До сих пор помню, а снова не пойду глянуть, мороз по коже. Магия – она не для простых людей. Правда, колдуны столичные ездят иногда. Хотят поумнеть, у призраков выведывая древнее и тайное.

– И удается? – заинтересовался Орильр.

– Да иногда так удается, что коней загоняют насмерть, – рассмеялся егерь. – Они ж за боевыми заклятиями лезут, а там не любят воинственных. Пугают их – страсть. Вы тоже за заклятиями?

– Нет, – Орильр усмехнулся. – Я как раз «призрак». И мне это не особенно нравится. Наверное, пора уже успокоиться. А видения – это нормально. Во всех землях эльфов они есть. Обычно это чьи-то приятные воспоминания, люди их читают. Это не очень вежливо, но эльфы не обижаются. Если злого умысла нет, само собой.

– А разве есть еще земли эльфов? – удивился егерь. – Вроде за Стеной они все, то ли сами отгородились, то ли их отгородили.