Я многозначительно посмотрела на его кольцо, не делая, впрочем, попытки освободиться.

— Ты разве не в трауре?

Печаль скользнула по лицу Росса.

— Потеряв Элизабет, я потерял дорогого друга. Но не любимую. Если мы займемся исследованием нашего взаимного влечения, я не сочту это изменой ее памяти.

Я исчерпала все способы поддеть его. И честно говоря, иметь любовника-вампира весьма полезно. Особенно такого горячего — и относительно порядочного (если данный термин вообще применим к вампиру), — как Росс Блэкбурн.

— Хорошо, — сказала я. — Проведем пробное испытание. Он так самодовольно ухмыльнулся, что, если бы он не был столь чертовски сексуален, это взбесило бы меня. Запустив пальцы в густые черные волосы Росса, я притянула его к себе. И поверьте, ухмылка его почила быстрой и славной смертью.

Перевод В. Двининой

Дженна Маклейн

Праведники

Замок Тара, Ирландия, 1675

Опершись руками о край огромного дубового стола, могучий воин застыл в тяжелых раздумьях, склонившись над развернутой перед ним картой. Мерцающий огонь в камине словно забавлялся игрой света и тени на его статной фигуре, то выделяя рельеф мощных грудных мышц, то нарочито заостряя и без того резко очерченные черты его лица. Она затаила дыхание, когда он небрежным движением руки убрал за ухо непослушную прядь волос. Как бы ей хотелось сейчас провести ладонью по этим мягким локонам, которые, струясь между ее пальцами, чудесным образом переливались бы в разные оттенки, от черного и темно-каштанового до почти белесого с чуть заметным медным отливом! Он выглядел так молодо этим вечером, а ведь целые столетия прошли с тех пор, как он впервые появился на свет! С виду ему никак нельзя было дать больше двадцати пяти, и только по уверенному взгляду и острому уму, который всегда слышался в его речах, можно было догадаться о его истинном возрасте.

— Морриган! Если уж тебе так непременно нужно быть сейчас здесь, то, по крайней мере, не прячься от меня по темным углам!

Послышался легкий вздох, и богиня шагнула в освещенную часть комнаты.

— Добрый вечер, любовь моя!

Он раздраженно поднял на нее свои черные как смоль глаза:

— Не называй меня так!

Словно теплая волна обдала ее изнутри, когда она, приближаясь, перехватила его жадный взгляд, брошенный им на крутой изгиб ее плавно покачивающихся при ходьбе бедер.

— Какие грубые слова исходят из уст, из которых я прежде не слыхала ничего, кроме нежных признаний!

Он грубо схватил ее за запястье, когда она протянула ладонь к его щеке.

— Все мои нежные чувства к тебе умерли, когда ты предательски погубила меня!

Она возмущенно покачала головой:

— Только не делай вид, будто ты сам не виноват в своем прошлом падении!

— Ты обманула меня! — огрызнулся он.

— А ты предал меня, — напомнила она ему в ответ. — И все же согласись: это я сделала тебя королем!

Он тут же отпустил ее и, отвернувшись, снова склонился над своей картой:

— Меня уже стал немного утомлять этот спор, Морриган. Я бы не хотел начинать все сначала…

Она кивнула:

— Вот и прекрасно. Я пришла вовсе не затем, чтобы пререкаться.

— Тогда зачем же?

— Твои вампиры продолжают убивать моих людей даже после того, как ты запретил им это делать.

— Мои вампиры?! Не забывай, это твои создания! Почему это, когда они начинают вести себя как-то не так, то сразу становятся моими вампирами?

— Потому что ты король! Раз ты установил законы, ты должен заставить их следовать им!

Он растерянно провел рукой над бескрайней картой:

— Я управляю сразу двумя королевствами, Морриган. Мои владения простираются на большую часть известного мира. Я не могу быть сразу везде. Я ведь не Господь Бог!

— Человек, и не считает себя Богом! Это что-то новое! — рассмеялась она. — Можно дать тебе один совет?

Он заскрежетал зубами от злости, но все же кивнул.

— Созданным мною порождениям мрака некого бояться — это-то и делает их излишне смелыми. Однако мы можем противопоставить им нечто, что наведет на них страху не меньше, чем на людей Белая Охота в лунную ночь!

— И что же может вселить такой страх в бессмертных?

— Я хотела бы, чтобы ты учредил две группы карателей: одну здесь, на Западе, а другую на Востоке. Они одновременно были бы судьями, присяжными и палачами для наших отбившихся от рук вампиров. Сделай так, чтобы эти группы могли свободно перемещаться по миру, а в своих полномочиях не уступали бы королям и регентам! Так, чтобы они подчинялись только тебе!

Он ненадолго задумался:

— И надо полагать, у тебя уже есть кто-то на примете для этих достойных Геракла подвигов?

Она взглянула на развернутую карту и постучала изящным ноготком по городу Вене:

— У короля Восточных земель есть трое воинов, которые великолепно подошли бы нам, но он держит их в столице в качестве своей личной гвардии. Я хотела бы, чтобы они свободно разъезжали по его владениям и беспощадно карали там всех вампиров, что не желают подчиняться нашим законам!

— Дрейк наверняка не захочет отпустить их от себя.

Она удивленно выгнула черную бровь:

— Ты Верховный Король, а он твой вассал! Заставь его сделать это!