Читаем Романтика. Вампиры полностью

Машины у Тита нет, поэтому я отвезла его домой. Слава богу, его родители возвращаются лишь на заре! Моя рубашка упала на пол через минуту после того, как закрылась дверь. Джинсы продержались до коридора, лифчик я бросила на комод в шаге от кровати Тита, телефон — на тумбочку. Все, можно оборачиваться и смотреть!

Тит не раздевался, ведь я люблю раздевать его сама, словно разворачиваю очень вкусный и аппетитный подарок. С оберткой никогда не церемонюсь — сдираю, и все!

Мы упали на кровать, я опустила голову на мягкую, сладко пахнущую шампунем подушку, и Тит впился в мои губы поцелуем. Одной рукой он придерживал себя, другой шарил по моему телу с возмутительным самообладанием.

Мое терпение было на исходе, пальцы подгоняли Тита: скорее, скорее! Мои губы впивались в него, язык скользил по его клыкам. Требовалось одно резкое движение, одна царапина, для прелюдии хватит одной капельки крови…

Тит отстранился; в светлых, почти белых глазах полыхала с трудом сдерживаемая страсть.

— Уверена, что хочешь?

Этот вопрос Тит уже задавал — он же парень! — но в такой ситуации никогда. Разумеется, прежде я никогда его так не провоцировала.

Я серьезно задумалась. С одной стороны, мне хотелось, очень хотелось. В школе болтали, что какие-то старшеклассницы это пробовали. Мол, одна-единственная капелька крови превращает заурядный секс в сверхъестественный. Если такое происходит с обычными любовниками, что станет с нами? Обычными нас при всем желании не назовешь!

Нет, если серьезно, то, наверное, не смогу. Кровопускание — это здорово, это возбуждает, но отчасти потому, что это запрещено, и запрещено не случайно.

Я покачала головой, и Тит улыбнулся. Он был согласен ждать, потому что каждое «нет» считал временным, и я никогда не спорила. Поживем — увидим.

Тит снова поцеловал меня, исследуя мой рот с удвоенной энергией, словно показывал, что не расстроен моим решением. Он накрыл меня собой, и я провела пальчиком по его спине, почувствовав, как напрягаются и расслабляются стальные мышцы. Мои ноги раздвинулись сами и обвили его крепкие бедра.

Я закрыла глаза, и Тит вошел в меня. Этот момент еще не приелся, и я искренне считала его чудом. Мы двигались навстречу друг другу, и я думала: «Господи, пусть секс всегда кажется чудом. Пусть рядом со мной всегда будет Тит!»

Урча от удовольствия, Тит отстранился, но через секунду снова вошел в меня во всю длину. Он двигался так ритмично, что я…

На тумбочке застрекотал мой сотовый.

— Плюнь на него, Кез! — умоляюще проговорил Тит, отстранившись в очередной раз.

— Не могу! — Я потянулась за сотовым, а Тит с глухим стоном скатился с меня и лег на бок.

— Извини, наверное, Оскару не с кем ехать домой! — Я отыскала новое сообщение и поднесла сотовый к уху, страшно распаленная тем, что Тит до сих пор внутри меня. Банальное прослушивание голосовой почты превратилось в нечто замечательное.

Сообщение оставила мама. Почему-то казалось, что она оставила его не только что, а несколько часов назад.

«Кезья, сегодня утром у меня собрание. Пожалуйста, забери Люси из школы. Люблю тебя, милая, заранее спасибо!»

— Черт подери! — Я оттолкнула Тита куда грубее, чем сама хотела, и, увидев его обиженное лицо, поморщилась. — Извини, мне нужно бежать!

В начальной школе уроки заканчиваются раньше, чем в средней, к Титу мы приехали как минимум пятнадцать минут назад, значит… Значит, Люси ждет уже почти полчаса и наверняка решила, что ее забыли.

— В чем дело? — спросил Тит, рывком притягивая меня к себе.

— Я должна забрать сестренку из школы и уже опаздываю.

На его лице читалось такое явное разочарование, что моя самооценка вознеслась до небес. Я улыбнулась, желая хоть немного подсластить горькую пилюлю.

— Прости, пожалуйста! — Я натянула брошенные у двери сапоги и схватила ключи. — Слушай, моя мама раньше ужина домой не вернется. Давай встретимся у меня минут через двадцать, и я попрошу Оскара присмотреть за Люси.

Тит неохотно кивнул. По дороге к двери я чмокнула его в щеку и понеслась к машине, ловко огибая черные зеркала замерзших луж. Мой драндулет недовольно закряхтел, когда я дала задний ход и нажала на газ.

Пешеходный переход напротив спортклуба во тьме едва просматривался, и я промчалась через него, чудом не задев девушку в пуховике и джинсах-скинни. Девушка зашипела и оскалилась, а я тихо ругнула свой дешевый сотовый.

«Если бы папа не слинял, мы не покупали бы такое дерьмо!»

Я не боялась, что Люси потеряется. Ее школа лишь в четырех кварталах от нашего дома, и вот уже полтора года мы ежедневно возим ее одной дорогой. Просто стоял дикий холод, а Люси частенько забывает застегнуть куртку. Если она заболеет, мама возьмет больничный, чтобы за ней ухаживать, а значит, в следующем месяце получит меньшее жалованье.

Тем не менее наши финансовые проблемы заслонялись опасениями пострашнее. Вдруг случится что-то ужасное? Шестилетней девочке нельзя разгуливать по городу в одиночку, даже по знакомому району. Как-никак, по улицам рыщет психопат, который высасывает у детей кровь и бросает их умирать на солнце.