Читаем Романовы полностью

Несмотря на неоднократные поиски, только в 2007 году краеведы Виталий Шитов и Николай Неуймин сумели обнаружить ещё одно захоронение — в нём оказались, по выводам возобновлённого следствия, останки царевича Алексея и великой княжны Марии. «Мы полностью уверены в том, что идентификация останков царской семьи проведена на 100 % правильно», — утверждает старший следователь-криминалист Следственного комитета России Владимир Соловьёв, который с 1993 года вёл дело об убийстве членов царской семьи.

Первого октября 2008 года Верховный суд Российской Федерации признал, что бывший император, его жена и дети были подвергнуты политическим репрессиям и постановил: «...реабилитировать: Романова Николая Александровича, Романову Александру Фёдоровну, Романову Ольгу Николаевну, Романову Татьяну Николаевну, Романову Марию Николаевну, Романову Анастасию Николаевну, Романова Алексея Николаевича». Уголовное дело об убийстве было окончательно закрыто в 2011 году в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности и смертью лиц, совершивших убийство.

В 1981 году Русская православная церковь за границей канонизировала царя, его семью и всех убитых в доме Ипатьева в лике мучеников. В России же, несмотря на имевшиеся споры, государь и его близкие были причислены в 2000 году на Архиерейском соборе Русской православной церкви к чину страстотерпцев (иерархически ниже мучеников); по благословению патриарха Алексия II были написаны две разные иконы святых новомучеников — одна с царской семьёй в центре композиции, другая с крестом и Евангелием (на случай, если бы Собор постановил не канонизировать царскую фамилию).

Но пока Русская православная церковь и дом Романовых не считают «екатеринбургские останки» подлинными; найденные в 2007 году кости остаются «бесхозными»: они помещены на временное хранение в Государственный архив Российской Федерации и не востребованы ни родственниками, ни патриархией, а для захоронения их в Петропавловском соборе нужно правительственное решение.

Среди русской эмиграции первой волны и в зарубежной православной церкви прочно утвердилось мнение о «жидомасонском заговоре» и «ритуальном убийстве» царя, сожжении трупов и доставке «голов царственных мучеников» в Кремль. Найденные следователем Соколовым в 1919 году у Ганиной ямы фрагменты костей, почитаемые как святые мощи, хранятся в Брюсселе в храме Иова Многострадального, но на их исследование зарубежная церковь согласия не даёт. Великая княгиня Мария Владимировна заявляет, что стоит на точке зрения патриарха; в 2010 году она посетила Екатеринбург и Ганину яму, но не поехала на место обнаружения останков.

Однако 26 июля 2012 года патриарх Кирилл на заседании Священного синода Русской православной церкви в Киеве заявил «об очень важной информации, которая поступила к нам из Нью-Йорка и которая связана с обстоятельствами кончины царской семьи»: «Полагаю, что эти обстоятельства помогут нам определить свою позицию, в том числе и по делу так называемых екатеринбургских останков». Хочется надеяться, что в юбилейный год четырёхсотлетия восшествия на престол Романовых прекратятся, наконец, спекуляции вокруг обстоятельств гибели Николая II и наступит умиротворение по отношению к останкам семьи последнего российского императора.

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Со времени падения монархии прошло около века. Почти бескровное и для многих в ту пору радостное событие скоро обернулось распадом государственного механизма. Именно фигура государя обеспечивала легитимность всех властных структур империи, которые — прежние ли губернаторы, новоиспечённые ли комиссары — без него мало что стоили. Многолетие «Богохранимой Державе Российской и Благоверному Временному Правительству ея» звучало в храмах всего несколько месяцев. А затем февральское отречение и судьба царской фамилии оказались отодвинуты куда более масштабными потрясениями — Гражданской войной, становлением власти Советов, ликвидацией «эксплуататорских» классов, «великим переломом» прежнего уклада жизни города и деревни. Уцелевшие Романовы стали частью российской эмиграции, но не смогли стать знаменем сплочения антибольшевистских сил. Лидеры Белого движения придерживались принципа «непредрешения», выдвинутого ещё генералом Л. Г. Корниловым: «Разрешение основных государственно-национальных и социальных вопросов откладывается до Учредительного собрания...»