Читаем Рок-цыпочка полностью

Китти Сью подговорила священников, школьных учителей и консультантов, тренеров по софтболу, бейсболу и футболу младшей лиги, местных любопытных жителей, всех, кого могла, чтобы создать свою сеть наблюдения за детьми Найтингейл/Сэвидж. Даже при всех этих усилиях это не дало должных результатов.

Эллисон Найтингейл с самого рождения была моей лучшей подругой. Элли — младшая дочь Китти Сью и Малкольма, и она намного безумнее меня, главным образом потому, что ничего не боится.

Ли — совсем другая история, Ли — Плохой Мальчик с большой буквы.

После того, как Джимми и Дэнни поймали нас на обочине дороги, пока мы выворачивали наружу наши пропитанные алкоголем кишки, мы с Элли поумнели. До достижения совершеннолетия, если мы с Элли тусовались на вечеринках, то звонили Ли, и он приезжал за нами.

Неважно, чем занимался Ли, неважно, где, он появлялся в своем винтажном «Мустанге», открывал нам пассажирскую дверцу и ухмылялся, пока мы, пошатываясь, выходили из чьего-нибудь дома и садились в его машину. Ли точно знал, какие звуки издает человек перед тем, как его вырвет, поэтому вовремя останавливался и вытаскивал тело из салона, чтобы оно могло сделать свои дела на обочине дороги, а не в его машине. Ли приобрел большой опыт в том, чтобы придерживать волосы девушки, когда ее тошнило.

В дни нашего несовершеннолетнего веселья мы пару раз пытались вызвать другого брата Элли, Хэнка, но он вечно читал нам нотации. Хэнк — старший из трех детей Найтингейл и поэтому чувствовал необходимость вести себя ответственно. Пусть он и читал нотации, но никогда на нас не стучал, стукачество — это за гранью.

Неудивительно, что Хэнк стал полицейским.

Никто не знает, кем стал Ли.

Хэнри «Хэнк» Найтингейл был капитаном футбольной команды, королем выпускного вечера и победителем в номинациях Лучший спортсмен, Самый популярный парень, Лучший кавалер и Лучшая улыбка. Ростом шесть футов один дюйм, с ягодицами, которыми можно колоть грецкие орехи, у него есть все необходимое, чтобы аппетитно смотреться в джинсах, как спереди, так и сзади, он обладатель убийственной улыбки, густой темно-каштановой, довольно-таки волнистой, шевелюры и глаз цвета виски. В старших классах Хэнк был добродушным, галантным и встречался с одной и той же девушкой. Мало что изменилось (за исключением того, что девушки больше нет).

Лиам «Ли» Найтингейл мог завести любую машину, которая была на ходу, имел и «Мустанг», и мотоцикл, начал курить с тринадцати лет, ходили слухи, что девушка могла забеременеть, лишь от взгляда на него, и он также был победителем в номинации Лучшая улыбка. Из-за его роста в шесть футов два дюйма создавалось впечатление, что выцветшие джинсы были созданы специально для него. У Ли тоже были густые темно-каштановые, чуть волнистые волосы и глаза шоколадного цвета с густыми, длинными ресницами. Ли тоже был добродушен, но совершенно по-другому. Без каких-либо усилий (стоило ему поманить пальцем, бросить взгляд или сверкнуть Улыбкой, и любая несговорчивая девушка была у его ног) Ли клеил всех девчонок, кто дышал, у кого были длинные волосы, большие сиськи и классная задница.

Точнее всех, кроме меня, как бы я ни старалась, а надо сказать, я очень старалась.

У меня тоже большие сиськи, чертовски классная задница, длинные рыжие волосы (достаточной волнистые), и я, судя по всему, не была ходячим мертвецом.

Я вешалась на Ли с тех пор, как себя помню.

Мне следовало выбрать Хэнка. Если бы я выбрала Хэнка, то сейчас была бы замужем, с детьми, вероятно, очень счастлива и, определенно, регулярно занималась сексом.

Но я до ужаса обожала Ли.

Я рок-н-ролльная цыпочка, что тут скажешь.

Когда нам с Элли было по восемь, мы решили, что я выйду замуж за Ли, и тогда мы станем «настоящими» сестрами. Она будет моей подружкой невесты, мы собирались жить через дорогу друг от друга в домах с белыми заборчиками из штакетника, и мы с Ли назовем нашу первую дочь в ее честь.

Мы даже скрепили этот договор кровью, проткнув большие пальцы английскими булавками и соединив их вместе. Следующие двенадцать лет мы провели в попытках воплотить эту фантазию в реальность всеми способами, которые могли придумать наши несколько изощренные и, определенно, сумасбродные умы.

Мне не повезло (учитывая, что моральный кодекс Ли был несколько избирательным), я попала в Книгу этических правил Лиама Найтингейла Правилом номер два (Правило номер один — «Нельзя клеить девушку родного брата») — «Нельзя клеить лучшую подругу младшей сестры».

Я была для них как член семьи, что по умолчанию делало меня практически его младшей сестрой, и во время моей последней попытки броситься ему на шею (когда мне было двадцать, а ему двадцать три) он сказал мне именно это. Было чертовски неловко, опять же, как и все мои предыдущие попытки, но это никогда меня не останавливало.

И все же, по какой-то причине, в последний раз было очень больно. Ли не повел себя жестоко или что-то в этом роде, он просто… поставил точку.